Принцесса из села

Я не могла шевельнуть головой так же, как не могла оторваться, заколдованная блеском глаз. Угловатые скулы пришли в движение. Взгляд скользнул на манящие, полные упрямости губы. Ещё чуть-чуть и я готова была вцепиться в них своими. Ещё чуть-чуть… он раскрыл рот…

Я тут же пришла в себя.

Звонкая пощёчина эхом пролетела по всему помещению. Если бы я вообще понимала, что делаю, возможно, этого бы не произошло. Почему-то мне показалось, что он хочет поцеловать меня, но почему? Потому что этого хотела я? Но я не могла допустить подобного.

И только после того, как на щеке Германа Дмитриевича остался слабый румянец от удара, прикрытый мощной щетиной, я вдруг поняла, что постепенно схожу с ума.

Во взгляде босса не было недопонимания. В нём горела ненависть. Скулы напряглись так, словно он готовился сожрать меня с потрохами. Я бы сама была не в восторге на его месте. Но логичных оправданий своим поступкам на тот момент у меня не было.

Рука Германа Дмитриевича почти вцепилась в хрупкое запястье, но меня спас очередной возглас французского гостя.

– Это просто невероятно! Что за пылкая женщина! Сколько в ней страсти! Только посмотрите! Герман, теперь я ни на секунду не сомневаюсь, что это твоя сестра!

Герман Дмитриевич отпустил руку, обернувшись к говорящему. Он медленно поднялся, пытаясь сохранять самообладание, поправил пиджак, и обратился к людям в помещении:

– Господа, прошу прощения за инцидент. К сожалению, моя дорогая сестра сегодня не в духе.

– Прекрати, Герман! – не унимался мужчина, говорящий с сильным акцентом.

 – Это просто чудо! Я готов работать с вашей компанией, но только при одном условии.

Герман Дмитриевич непонимающе дёрнул подбородком. Указательный палец иностранца уставился на меня.

– Эта девушка должна участвовать во всех предстоящих показах. Мы не можем упускать такой бриллиант! Это то, что нужно моей новой коллекции!

Взгляд босса плавно переполз на меня. Я всё ещё слабо понимала, что натворила, но уже где-то рядом витала мысль о том, что мне крышка.

После такого я не просто уволюсь… как бы после такого не уволиться посмертно…

Тряхнув головой и хорошенько поморгав, я поднялась с кресла.

– Вы вообще понимаете, что говорите? – обратилась я к иностранцу.

Внезапно, остальные присутствующие стали поддерживать француза. Они кидали одобрительные высказывания и всячески с ним соглашались – я должна выйти на подиум, должна стать лицом новой коллекции.