Принцесса из села

Но мысль быстро выветрилась прочь, как только грубый мужской голос выдавил недовольное:

– Полякова! Какого чёрта ты делаешь?! Решила оголиться перед всем офисом? Может ещё станцуешь? Твою же! С кем приходится иметь дело!

Смотреть на директора было трудно. Трудно по двум причинам: во-первых, потому что он не переносил длительного взгляда глаза в глаза, предпочитая, чтобы подчинённые смотрели в пол не только когда он говорит, но и когда он просто на них смотрит, а во-вторых – стыдно это признавать, – но Герман Дмитриевич, был невероятно хорош собой: чёрные пышные волосы, уложенные в стильную причёску, недельная щетина, что украшала его ровный, угловатый подбородок, тёмно-карие зрачки, заглянув в которые можно было утонуть, и сводящий с ума запах дорогого парфюма, что ударил в нос, как только начальник оказался рядом.

Сделав несколько быстрых взмахов ресницами, быстро пришла в себя.

– Горячо… – глядя на начальника глазами кота из «Шрека», почти шёпотом выдавила я.

– Полякова, возьми выходной, – спокойно сказал начальник.

Выходной? Это ещё с чего? С каких пор ты даешь выходные, вместо того, чтобы просто уволить? Да, виноват, конечно, ты. Но разве ты когда-нибудь это признаешь? Ты увольнял и не за такие оплошности.

– Ч-что? – неуверенно переспросила я.

Герман Дмитриевич поднялся и, сунув руки в карманы, деловито повторил:

– Выходной, говорю, возьми. Не выспалась что ли? Ладно, – отмахнулся начальник, – не важно.

Точно. Вот и он! Настоящий Герман Дмитриевич. Я-то уж испугалась. Думала, что это со мной что-то не так, а не с ним. Но нет. Всё в порядке.

– Хорошо, Герман Дмитриевич, – произнесла я, поднимаясь и глядя в пол. Конечно, ни о какой помощи со стороны говорить не приходилось. Герман Дмитриевич продолжал возвышаться надо мной, важно наблюдая сверху-вниз.

– Побыстрее, Полякова, – напоследок бросил начальник, деловито махнув рукой, чтобы я убиралась с глаз долой, после чего направился в сторону выхода.

Я поднялась. Чтобы не привлекать лишнего внимания, опустила глаза в пол. Однако, сама понимала, что от этого на меня будут пялиться ещё сильнее. Дошла до холла приёмной, тут-то меня и встретила вечно радостная Ира, сидящая на ресепшене. Благо, начальника уже не было.