МЕСТЬ ИМПЕРАТОРА

После легкого перекуса, состоящего из ягод и фруктов, любители острых ощущений переоделись в купальники и плавки, облачились в спасательные жилеты и по одному спрыгнули в бурлящую реку.

Все наслаждались теплой приятной водичкой, хотя и очень мутной на вид, не внушающей доверия. Начитавшись об опасностях этой быстрой водной артерии, туристы сначала озирались по сторонам, выглядывая «чудовищ», которых к счастью, не оказалось.

Юля хорошо плавала, но водные потоки её несли с такой скоростью, что она не успевала сделать ни одного движения руками.

– Смотрите, обезьяна что-то держит в зубах! – вытянув указательный палец, крикнула дамочка с ярко накрашенными губами.

Все, словно по приказу, повернули головы в сторону берега, где по деревьям прыгали макаки. Действительно, у одной в зубах, судя по бретелькам и кружевным чашечкам, болтался белый бюстгальтер.

– Напрасно веселитесь, – прокомментировал Виктор, оглянувшись на Юлю и ее соседок по сплаву, – может быть, это ваше белье.

Над рекой мгновенно повисла тишина.

Когда два жилистых тайца помогли всем забраться на плот, к искренней радости путешественниц, все их вещи были на месте. Никита огласил дальнейший план на вечер, включающий ужин в открытом кафе, прогулку по окрестностям и по желанию массаж прямо у берега.

– Следующий день будет очень насыщенным. А сейчас вы идёте в свои домики, принимаете душ, сушитесь, переодеваетесь и отправляетесь на ужин. Он будет в формате шведского стола. Много всего вкусного и экзотического, – пообещал он, раздавая туристам ключи от бунгало.

Очутившись на берегу, Юля изъявила желание сделать массаж.

– Тогда я тоже расслаблюсь, – Виктор кивнул в сторону большой террасы под соломенной крышей, где лежали полураздетые тела, а миниатюрные тайки, склонившись над ними, показывали своё мастерство, – пусть займутся моей многострадальной спиной.

Симонова улеглась на свободный матрац и закрыла глаза. Уже через минуту она почувствовала, как ее растягивают в разные стороны. Казалось, что её кости стали гуттаперчевыми, а азиатка умело выкручивает их в разные стороны. У неё вырвался негромкий стон, но скорее не от боли, а от неожиданных и даже приятных ощущений.