Рапсодия для контральто

– Привет всем, – молодая женщина сложила ладони пальцами вверх так, что их кончики поднялись до уровня бровей.

– Ребята, какие вы молодцы! – Василий Драпак встал со своего места, уступая его гостье.

Опять началась суета с угощением вновь пришедших. Чтобы не толпиться, Виктор и Олег Задерей отправились курить на балкон.

– Как вы завтра будете выступать, – покачала головой журналистка и участливо добавила, – не выспавшиеся.

– А мы завтра отдыхаем, – Веселова озорно подмигнула и, соединив свои ладони подставила их под головой, – завтра конкурс среди танцоров.

– У Лены так сильно развита жестикуляция, – шепнула Юля сидящему рядом Марку Пшеничному, – она все слова сопровождает движением рук.

– Так она на этом помешена, – хмыкнул мужчина, – изучает жесты разных стран и народов! Наверное, уже могла бы докторскую диссертацию на эту тему защитить.

В дверь номера кто-то требовательно стучал. Симонова открыла глаза и сразу почувствовала головную боль и сухость во рту.

– Да что же это такое? – возмущенно прошептала она, не двигаясь с места.

На соседней кровати крепко спал Виктор, натянув казенное одеяло до самого носа. За окном было уже светло. Сосновая ветка монотонно барабанила по стеклу с морозным узором. Юля решила не вставать и повернулась на другой бок. Однако, кто-то продолжал настойчиво колотить, а потом раздался жалобный голос:

– Пожалуйста, откройте!

Журналистка нехотя откинула одеяло, потом обреченно опустила ноги на прикроватный коврик и поежилась.

– Понятно, – вздохнула она и отправилась открывать дверь, – кому-то после ночной гулянки было жарко.

На пороге стояла Ульяна с гримасой страдания на лице.

– У нас беда, – всхлипнула она, театрально прижав ладони к щекам.

– Что случилось? – сдерживая праведный гнев, что её разбудили так рано, спросила Юля.

– Наша Ираида Федоровна, – Жулина горестно покачала головой, а потом схватила журналистку за плечи, – я до сих пор не могу поверить…

Юля стояла и думала об одном: скорее бы закончилось это представление, и она вернулась в теплую постель.

– Я очень хочу спать, – коротко сказала она, отодвигаясь от гостьи, – говорите толком, что случилось и при чём здесь я?

– Её застрелили, – «Жулька» обиженно поджала губы, по-видимому, разочарованная холодным приемом.

– Кого? – переспросила Юля.

– Директора Линькову.