Пропавшая пастораль

Ну не все же там алкаши?

– Скорее всего, оперативники обошли все квартиры, но я согласна с тобой – народ у нас «уголовку» не любит, особенно в таком районе. Надо будет в выходные пройтись по подъезду.

– Юль, – мужчина остановился и нежно взял подругу за плечи, – какая ты сейчас красивая, – он трогательно поправил воротничок ее блузки, выглядывающий из куртки, и заметил, как профессионал, – свет от фонаря мягко падает слева. Получается такой таинственный образ.

Она не улыбнулась и не отшутилась, как это бывало раньше.

Молодая женщина молча двинулась дальше.

– Обиделась? – смущенно спросил он.

– Нет, – Юля опустила голову, – устала сопротивляться. Знаю, что поступаю неправильно, а сделать ничего с собой не могу. Перед Андреем стыдно. Хочу, чтобы было как раньше, – она махнула рукой, – а не получается. Моя беда в том, что я не могу притворяться.

– Я тоже сначала пытался сохранить семью, – Николаев опять остановился, достал из кармана трубку и табак, – но понял, что всё бесполезно. Переживаю только за дочку.

Их взгляды вновь встретились, и Виктор порывисто обнял Юлю.

– Не могу без тебя, понимаешь? Жить, дышать, работать, ничего не могу! Раньше на телестудию шел, чтобы заниматься любимым делом, а теперь – только, чтобы тебя увидеть!

– Я тоже, – прошептала она и почувствовала прикосновение его губ на своем лице. Мужчина крепко прижал ее к себе, и она мгновенно ощутила, как от него приятно пахнет табаком, который смешался с запахом волос. Её руки безвольно упали вдоль тела.

От невероятной слабости и непреодолимого волнения она лишь вздохнула и подумала, что уже не в силах противостоять охватившему её чувству.

3. Сюжетная картина с хохломой

Спустя час, Юля посмотрела на экран мобильника. Была уже полночь, когда она вошла в подъезд. Она открыла дверь своей квартиры ключом, чтобы не разбудить Андрея. «Хорошо, если он спит», – подумала она о своем гражданском муже. Ей совсем не хотелось объясняться с мужчиной сейчас, потому что чувствовала себя преступницей.

Не включая свет, Юля сняла пальто в коридоре и прошла в комнату. В квартире было удивительно тихо. Дочь Марта осталась опять у ее матери: и школа ближе, и бабушка уделяет больше времени своему любимому десятилетнему чаду. Как любит говорить мама:

«Мы с Мартой учимся в одной школе. Только она – ученица, а я – директор».

От лунной дорожки, пролегающей от окна, в комнате было светло. Приглядевшись, Юля увидела, что диван собран. Она щелкнула выключателем.