Время дракона

«Нет, – решил венценосный путешественник, – тоскливые мысли у меня не из-за этой твари, даже если она – дьявол. Она ведь помогает мне, а не вредит. Она даёт мне советы, многие из которых оказываются очень кстати». Подумав так, правитель тут же одёрнул себя: «Что это ты? Взялся рассуждать о нечистом всерьёз? Разве ты безумный, чтобы думать, будто говоришь с настоящим бесом. Брось! Ты же прекрасно знаешь, что не бес, а ты сам даёшь себе советы. Тварь, бегающая за тобой, просто помогает тебе думать, и она – лишь игра твоего воображения».

Точно такой же игрой воображения являлось и солнце, наделённое человеческими чертами. Значит, и досада из-за расставания с этим мнимым попутчиком была надуманная. «Брось хандрить! – сказал себе Влад. – О чём ты печалишься? Думаешь, что остался один на всём белом свете? И кто же тебя покинул? Чужие дома и сады? Но это ведь не люди. Человеческое жильё – только признак человека, а не сам человек».

Вот так он встряхнулся, приосанился, и странное чувство, закравшееся в сердце, исчезло.

Та самая равнина, только что внушавшая тоскливые мысли, теперь манила своими далями. Влад смотрел по сторонам и узнавал знакомую местность с радостью, как если бы вглядывался в лицо старинного приятеля: «Ведь это твоя земля. Вот она!»

Сразу за обочиной дороги тянулись к горизонту длинные лоскуты полей – зелёные, но с разным оттенком. Один лоскут тёмный, другой – бледный, третий – опять тёмный, а четвёртый – жухло-желтоватый, и они чередовались без конца.

Проехав ещё немного, князь увидел, что по обе стороны от тракта вместо лоскутного одеяла теперь расстелились пастбища.

По пастбищам бродили отары серых овец и такие же серые коровы. Здесь и там торчали мохнатые палки тополей, совсем не похожие на пышные и раскидистые кроны соседних деревьев.

«Сколько раз я видел всё это? Неисчислимое множество! А впрочем, почему неисчислимое?» – спросил себя Влад и обратился он к рослому боярину, всё так же ехавшему справа:

– Эй, Войко.

– Что, господин?

– Как часто мы ездим этим путём?

Государь перевёл коня с рыси в шаг, потому что разговаривать на рыси казалось не очень удобно и к тому же пора было дать лошадям отдохнуть.

– Помоги мне сосчитать, сколько раз за месяц я вижу окрестности, которые вижу сейчас, – повелел князь, поэтому Войко, продолжавший править конём с помощью двух рук, взял оба повода в левую и начал загибать пальцы на правой.

– По монастырям мы ездим в каждый пост, да ещё и сверх того. – Боярин загнул мизинец.