Последние дни Константинополя. Ромеи и турки

Наверное, василевс по своему обыкновению объезжал Город и подбадривал людей, когда вдруг узнал о том, что жители собираются большой толпой где-то в центре. Именно поэтому правитель свернул на Месу, рассчитывая повстречаться с ними.

Священники, шедшие впереди, теперь рассказывали правителю о чистом небе, которое готово принять молитвы, а также о затеянном крестном ходе вдоль стен и о храме, которому следует вернуть утраченную святость.

– Вдоль стен обязательно нужно пройти, – за спиной Янниса послышался молодой женский голос.

Яннис обернулся. Рядом с ним возле колонны стояла скромно одетая молодая женщина с мальчиком на руках. Ребёнку было года три или четыре.

– Моё дитя увидело сон про ангела, – произнесла женщина, причём, судя по интонации, она рассказывала эту историю уже не в первый раз и была рада всякому, кто согласится слушать.

Поскольку Яннис смотрел и не отворачивался, женщина ласково велела своему сыну:

– Расскажи, что тебе приснилось.

Ребёнок заулыбался и произнёс:

– Дядя… весь блестел…

– Это был ангел, – пояснила женщина.

– Дядя стоял на стене, – продолжал ребёнок. – Мечом раз, раз… – Пухлая детская ручка несколько раз махнула в воздухе. – Плохих дядей не пускал.

– Плохие дяди – это турки, – опять пояснила молодая мать.

– Дядя устал… и ушёл. Стена упала. – Ребёнок перестал улыбаться и, казалось, вот-вот заплачет. – Плохие дяди придут к нам.

– Ангел покинет пост, если мы не удержим его своими молитвами, – опять пояснила женщина.

«Если ангел и есть, то на западных стенах», – подумал Яннис (наверное, потому, что именно западный участок больше всего нуждался в защите). А меж тем священники просили василевса позволить им выполнить то, что задумано, и уверяли, что народ собрался не для бунта, а для благого дела.

– Я отправлюсь с вами, чтобы молиться вместе со своим народом, – громко произнёс василевс. – Я примкну к вам и стану одним из вас: таким же смиренным просителем, как и вы все.

Толпа возликовала, но Яннису казалось, что все вокруг медленно сходят с ума. Нестерпимо хотелось послушать некоего разумного человека. Хоть кого-нибудь! Но разумным сейчас представлялся только один – Юстинианис, и его здесь не было, поэтому Яннис двинулся вдоль колонн в хвост толпы, а как только выбрался из неё, припустился бегом.