Драконий пир

А ещё у бояр имелись родственники – братья, сыновья, племянники, – которые тоже наверняка знали о готовящемся предательстве и позволили ему совершиться. Значит, всех молчаливых соучастников тоже следовало казнить, потому что им не понравится государь, который приговорит предателей к казни. Казнь послужит поводом для мести со стороны этих самых братьев, сыновей и племянников, то есть поводом для новых предательств.

Весь этот широкий круг людей уже сейчас вызывал у Влада ненависть, и этой ненависти было тесно в сердце, но в то же время было и мучительное чувство сомнения – сомнения в том, что поступаешь правильно.

Султан Мурат на Косовом поле зарубил четырех человек и даже глазом не моргнул. Теперь Влад знал, что сам должен будет поступать так – отправить на казнь четыре десятка человек и при этом не моргнуть глазом. Но ведь Влад ещё ни разу за всю жизнь никого не убил и даже не приказывал убить. Это в мыслях он уже расправился с Владиславом и с Яношем тысячу раз, но действительная расправа – совсем другое.

Влад поднял голову и посмотрел куда-то сквозь ветви ивы, где на пасмурном небе через облака пробивалось солнце. «Господь, – мысленно произнёс он, – Ты велишь мне любить врагов моих, прощать их семижды семьдесят раз. Но Ты видел, что сотворили предатели! Ты видел, скольких они убили и как убили! И за это тоже прощать?! Ты не велишь мстить, не велишь убить их, а велишь мне и дальше терпеть от них. Почему? Неужели в Твоей бесконечной доброте Ты любишь и врагов моих? И жалеешь их?»

Влад не мог больше смотреть на солнце и опустил взгляд: «Что же это получается? А как же справедливый суд? Где теперь справедливость? Ушла из этого мира? Значит, она ушла в ту минуту, когда Ты в лице Христа велел прощать до семижды семидесяти раз? Значит, справедливость я найду лишь на том свете, а на этом царствует беззаконие?! Так что ли, Господь?! О ком Ты больше заботишься – обо мне или о моих врагах?!

В голове тут же отыскался готовый ответ, когда-то вложенный туда наставником-монахом, преподававшим сыну румынского государя Закон Божий.

Влад снова усмехнулся: «Только не верю я в это, Господь. Не верю я в это. Яви мне хоть малую часть той милости, которую Ты являешь святым и мученикам. Или я мало пострадал? Да уж, конечно, со святыми не сравнить.