В глубинах Незримого…

– Нельзя так, Данечка, пугать нас с папой, видишь, сколько машин.

– Я только к Мише. Мама, не ругай меня, – виновато говорил ей Данила.

Виктор огляделся, посмотрел на сына, который последнее время часто озадачивал его, разговаривая с воображаемой матерью. На вопрос, с кем тот говорит, Данила всегда отвечал, – с мамой. Может, его сын болен? – думал он. Ведь малыш видел, что у других детей есть мамы, а у него нет. Но Данила упорно повторял отцу, что у него есть мама и она всегда рядом. Вот и сейчас он смотрел на сына, как тот разговаривает с чем-то невидимым и это его пугало.

В это время Павел перебежками между машин бежал за ярко-красным шаром. И тут на полном ходу одна из машин с такой силой ударила по телу Павла, что было слышно сквозь гул и сигналы, удар и хруст костей. Тело отбросило так, что Данила спрятался за большого медведя, вцепившись в него своими маленькими ручками. Виктор в оцепенении замер. Его глаза провожали сбившую Павла машину. Что это было, совпадение или наваждение? Как в замедленной съёмке уезжала прочь та самая машина, что когда-то везла его будущую жену с подругой в город.

Её номер врезался в память, как самый худший кадр в его жизни – «В 666 АД»

«Этого не может быть!? – думал Виктор. – Не может быть!»

Анна кинулась к брату. Что творилось в её душе, объяснить было просто невозможно – это сочетание ужаса, страха и неверия. Она хотела кричать, но голос пропал, и получалось хрипло и глухо:

– Паша! Паша! Паша!

12 глава

Собралась толпа зевак.

Кто-то остановил свои автомобили и с любопытством наблюдал случившееся из окна, а кто-то просто стоял у дверцы. Из стоящего неподалёку ларька, словно прорицание, на всю округу разносились слова песни Кати Лель: «Долетай, до седьмого неба…»

Анна бежала к брату, раздвигая руками толпу, от чего те не понимая, шарахались в стороны. Павел лежал на боку и был похож, скорее, на спящего, чем на мёртвого человека.

Один из водителей, вызывал «скорую помощь» и полицию, уточняя координаты аварии.

– Посмотрите, он живой? – кричали из толпы.

Молоденькая девушка протиснулась сквозь собравшихся вокруг людей и подошла к Павлу, присела на корточки, и стала прощупывать пульс.

– Я медсестра, – пояснила она всем. Отрицательно качая головой, она, молча, отошла в сторону.

Здесь Анна увидела, как брат начал вставать. Лежащее на асфальте тело раздвоилось и он, с трудом оторвав себя от него, встал.