Сокол

В этом-то и дело! Я сама не понимаю – зачем столько усилий, чтобы купить всего лишь три булочки?

– Может, она, таким образом, отдыхала от дома?

– Как? Представляешь, проехать почти пятьдесят километров в душном автобусе, а потом стоять на солнце и продавать редиску. Какой же это отдых? Она всегда могла пойти в дом и вздремнуть пару часов или почитать книгу на веранде. Никто ей не мешал.

– Вас было трое?

– Внуков – да. А еще дедушка.

– То есть пять человек в доме?

– Еще мой дядя, мамин младший брат.

– Вот видишь, – грубо проговорил он. – Какой тут отдых? Я тоже иногда сбегаю из дома. У меня товарищ живет в Новгородской области. И дело не в том, что мы очень дружим, а в том, что он далеко живет, и мне до него приходится добираться пять часов. Уезжаю сразу на два-три дня. Потом столько же времени возвращаюсь домой. Вот это – отдых! И твоя бабушка предпочитала трястись в автобусе целый час и стоять под палящим солнцем, но только бы не оставаться в доме и не нянчится с кучей детей.

– Она любила детей, – обиделась я.

– Я тоже люблю своих детей.

– Но сбегаешь?

– Иногда – да. И в этом нет ничего плохого. Все люди от чего-то сбегают. Даже в сказке коза оставила своих козлят и пошла за молоком, лишь бы не нянчиться с ними.

– Я не сбегаю.

– Ой, ли! А почему ты уехала от родителей в другую страну? Что в Англии нет работы?

– Я жила в Кельне.

– Пусть так. В Германии не нужны архитекторы?

– Нужны.

– Тогда, почему ты здесь?

– Какое тебе дело?

– Нет, подожди.

– Не хочу об этом говорить.

– Почему?

– Это глупо.

– Вовсе, нет. Это обычный вопрос.

– Я не сбегала из дома.

– Поехала за парнем?

– Нет! Хотела свободы! – гордо ответила я, но Мишу мой пыл только раззадорил.

– Значит, тебя не устраивала опека родителей? А говоришь, что не сбегала.

– Это другое.

Я начала сердиться. Миша только улыбнулся. Впервые за весь день.

– Все мы хотим свободы.

– А тебе, зачем свобода?

– Как зачем? Я не говорю о той свободе… это другое.

Он снова говорит спокойно, а я завелась еще больше. Никогда раньше не позволяла себе грубости, но тут почему-то прорвало. Он вызывает у меня странные чувства. Так и хочется стукнуть кулаком в огромную грудь.

Бесит.

– В аптеках продаются презервативы.

Он остановился.