Мышь

 – Для футболиста математика не главное!

Дядя Толя усмехнулся. Он никогда не ругает детей.

– Ты все еще играешь на гитаре? – спросила я. – Твой друг с тобой занимается?

– Кстати, почему ты не сказала, что знаешь Андрея? – с упреком взглянул на меня брат. – Я тут узнал, кто его отец и сказал ему, что ты работаешь в этой фирме. Ты не представляешь, как Андрюха удивился. У него просто глаза на лоб полезли, когда он узнал, что я твой брат!

– Так он сын Белого? – изобразила удивление я. – Откуда я знала? У него совсем другая фамилия.

– Он же не родной ему сын, – пояснил Макс. – Андрей уезжает в субботу с отцом в Китай на два месяца, поэтому уроки музыки у нас откладываются до осени. Да я и сам уезжаю в спортивный лагерь на две смены.

– Хороший парень, – неожиданно вставил дядя Толя, хитро взглянув на меня. – Мне посчастливилось, познакомится с Андреем не так давно. Его отец сказал, что ты дала мой номер телефона.

– Да, я. Значит, он тебе понравился?

– Замечательный мальчик. Умный, развитый, коммуникабельный.

– Зачем же ему нужен ты? У него не в порядке с головой?

– У парня есть проблемы… А, голова у него как раз здорова.

Нахмурив редкие, совсем бесцветные брови, дядя Толя замолчал, сразу замкнулся и, быстро встав из-за стола, ушел на кухню. Меня чуть не разорвало от любопытства, но разговор окончен, и тема закрыта. Он не имеет право обсуждать своих клиентов с кем либо, и в нашей семье – это закон.

После ужина мы с Тамарой вышли в сад, сели в большие плетёные кресла возле прудика.

– Как дела у Олега?

– Все будет хорошо, дорогая. – Как всегда спокойно ответила она. – Не волнуйся, он привыкнет. Я пытаюсь ему объяснить, что вы можете, да и должны, остаться друзьями. Вы так ладите друг с другом. Ну не получилась любовь…

–А он?

– Он умный мальчик.

– Понятно.

– А как твои дела? – в ее голосе почувствовались нотки беспокойства. – Ты так неожиданно уехала. Это было бегство или ты действительно решила наконец-то отдохнуть?

– Сначала хотела убежать…

Я замолчала. Тамара поставила бокал с недопитым чаем на столик. От ее внимательного взгляда трудно скрыться, но еще труднее заставить себя не нервничать.

– Господи, Яна. Что творится в твоей упрямой голове? Этот взгляд мне знаком.