Хорошо смеётся тот, кто смеётся

Но недавно прошёл курс лечения в больнице, куда был госпитализирован с сотрясением мозга. Башковитый начисто забыл, что находится не в своих родных апартаментах, где, как известно, даже стены помогают, а в чужой квартире. Видимо, было слишком много выпито.

Однофамильцы

У академика Наума Ивановича Клацмана вообще-то была другая фамилия — Сидоров. Но в детстве он классно клацал зубами, и поэтому его так и прозвали — Клацман. И Наум Иванович решил, что псевдоним Клацман звучит не так банально, как плебейская фамилия Сидоров, которых на каждом углу десятки, ими хоть пруд пруди.

Так вот, пошёл однажды академик в магазин за хлебом – - домработница накануне уволилась. А хлеб, как назло, ещё не привезли – - на дорогах пробки. В булочной одни сухари. Грызть же их Клацман не мог – - уж больно часто бывшими зубами просили клацнуть. Сверстники не верили, что это бывает так громко. А зубы-то и выпали.

Наум Иванович в ожидании товара вышел на улицу. Тут и подрулила к нему какая-то небритая личность. От неё за версту несло сивушным перегаром.

— Хочешь выпить? — спросила она академика.

— Нет! — не совсем твердо сказал Наум Иванович.

Он вообще-то не пил, так как закусывать ему было трудно.

— Врёшь! — снисходительно улыбнулся забулдыга. — Ты даже сам не знаешь, что хочешь.

Академик спросил себя, хочет или нет, но не получил вразумительного ответа.

— Вот-вот, — заметил проспиртованный. — Я тебя вижу насквозь. Держи!

И он протянул Науму Ивановичу початую бутылку.

Клацман машинально принял её, как легкоатлет эстафетную палочку.

— А теперь пей! — приказал мужик.

С академиком так никто никогда не обращался, и он от испуга глотнул.

— Молодец, Сидоров! — произнёс выпивоха.

Наум Иванович так растерялся, что залпом выпил сразу полбутылки.

— Откуда вы знаете, что раньше у меня была такая фамилия? — поинтересовался он.

— Это у меня такая фамилия — Сидоров, — объяснил мужик. — А молодец я потому, что литр водки выиграл. Видишь, твой заместитель стоит? С ним я и поспорил.

Клацман хотел было по старой привычке клацнуть зубами от огорчения, но у него ничего не вышло. Вставная челюсть вылетела на тротуар. И тогда он действительно напился.

Федина вторая весна

Феде Кирикову стукнуло 45, и он любил смотреть эротические фильмы. Ну, просто жить без них не мог.

Из-за этой глупой привязанности жена, конечно, его бросила.