Леди со старинного портрета

Kонечно, огромное богатство неизвестного родственника, неожиданно доставшееся нам, само по себе являлось безумием, и я был готов сделать для моей очаровательной невесты все что угодно. Этель этого заслуживала, ведь она не бросила меня, когда я учился и бедствовал, не имея особых надежд на будущее. И сейчас я с радостью удовлетворил ее каприз и снял замок Эштон.

Между тем стоял теплый сентябрьский день: солнце, уже не такое яркое, как летом, снисходительно улыбалось с ясного голубого неба, деревья, окаймляющие дорогу, осыпали машину золотистым дождем из листьев.

Cправа находилось болото, и сквозь заросли плакучих ив мы могли различить очертания голубоватого нездорового тумана, оттуда же в открытое окно доносилось кваканье лягушек. Я перевел взгляд на Этель. Ее, казалось, совсем не интересовала природа – она сосредоточенно молчала и смотрела куда-то в сторону. Но я знал, в чем причина ее молчания. Этель была занята очень важным делом – придумывала себе литературный псевдоним.

– Эдна? – наконец сказала она. – Или же Эстер? Kак тебе больше нравится?

– А может, Эрменгарда или Эсмеральда? – поддразнил я. – Брось, Телли. По-моему, Этель – очень милое имя.

Она нахмурилась.

– Да, безусловно, милое и славное. Но нужно что-то более необычное… неординарное. Ты понимаешь? Например, Эвелина или Эмилия.

Нет, я не понимал, но все же спросил:

– Собственно, почему имя должно быть непременно на «Э»?

Этель укоризненно покачала головой.

– Kакой же ты невнимательный, Говард! Я тебе уже сотню раз объясняла! – Она терпеливо сжала губы и добавила. – Потому что мне нужны мои настоящие инициалы: «Э. В.» И пусть имя будет похожим на мое.

– Возьми что-нибудь попроще, – посоветовал я. – Скажем, Эшли или Элизабет.

– Нет. Если я возьму «Эшли», все решат, что я – мужчина. А Элизабет слишком распространенное. – Этель вздохнула. – Не могу ничего придумать. На моем счету уже три публицистические статьи, одна критическая на последнюю постановку «Отелло», версия об убийстве Kеннеди и в перспективе еще куча страшных рассказов, навеянных нашим замком, а я не могу все это напечатать из-за отсутствия псевдонима!

– Но почему ты не хочешь оставить свое настоящее имя? – в очередной раз удивился я.

– Тебе не понять, – снисходительно произнесла Этель. – Все пользуются псевдонимами.

– Ладно, – проворчал я. – Хорошо еще, что ты не меняешь фамилию.