Тайны проклятого наследства

Можно без ажиотажа утром выехать в аэропорт. Женщины пошли на второй этаж, где были спальни. Анна, не успев посмотреть весь дом, была приятно удивлена тем, что комнатки были хоть и небольшие, но уютные и похожие на номера в гостинице. Она легла на удобную кровать, но не могла уснуть. Дом, конечно дорогой, на эти деньги можно было купить три дачных хороших дома или два коттеджа. Неизвестно на что рассчитывали хозяева, установив такую цену, но если бы она сначала осмотрела этот дом, то не пожалела бы и больших денег, учитывая, что они у нее есть.

Анна вернулась к своим воспоминаниям. Артур Бас! Вот ведь какая вещь происходит, сначала узнаешь человека, а потом судишь о его стране. Она просто полюбила Австралию за то, что там живут такие люди как Артур. Столько в нем теплоты и откровения. Как внимательно он слушал ее, как менялось выражение его глаз, в них было столько участия и понимания. Когда она обмолвилась, что хотела бы просто общаться с кем-нибудь из Америки, он протянул ей лист с адресом и сказал, что этот американец тоже хочет общаться с русской женщиной. Она помнит, как написала свое первое письмо в Америку на английском языке. Коротенькое письмецо, впрочем, не надеясь на ответ, но ответ пришел. Она переводила его со словарем долго, потом писала ответ, высылала фотографии. Письма носили бытовой характер, они обменивались интересами, взглядами на жизнь, мечтали о встрече. Харди, так звали друга Артура, держал породистых лошадей, посещал гольф клуб, мечтал поесть ее борщ, которым она обещала его накормить. Он в свою очередь обещал покатать ее на рысаке и показать все прелести природы его штата. Потом была небольшая проблема, на этот момент он лежал в клинике. Чем он болел, она так и не узнала. Зато узнала, что его родители умерли, и они остались с сестрой одни. Сестра, возможно, скоро выйдет замуж за перспективного бизнесмена. Он звал ее в гости, не ведая о том, что в России вдове никогда не накопить на билет даже в одну сторону, а имея двоих детей, дай Бог, чтобы на автобус хватило. В письмах она не жаловалась на судьбу, рассчитывая, что когда то ее положение измениться, но шли годы, а положение становилось все хуже и хуже. Дети росли, цены тоже, а зарплата оставляла желать лучшего. Странная штука жизнь. В молодости строишь мечтами будущее, а в старости анализируешь прошлое в памяти и понимаешь, что в мечтах нельзя исключать вмешательство в нашу жизнь правительства, которое строит на каждом шагу препятствия, не желая людям зла.