Жизнь из прошлого

Петру связали руки и усадили на коня, затянули удавку на шее, один конец которой привязали к толстой ветке раскидистого дуба.

Митя вырвался из маминых рук и подбежав к офицеру стал колотить его руками крича:

– Отпустите папку! Отпустите!

– Сынок, не надо! Сынок, иди ко мне! – кричала мать.

Офицер наотмашь ударил мальчика, и тот отлетел в сторону, ударившись о полозья телеги головой.

– Митенька! Сыночек мой!

Мать подбежала к сыну, голова его была разбита и сочилась кровь, он лежал не шевелясь.

– Ироды, убийцы! – выкрикнула женщина, обнимая тело сына.

– Что ты сделал с моим сыном!? – оглушающе пронёсся вопрос Петра.

– Тоже, что и с тобой, бунтарь.

– Русь запомнит Емельяна Пугачёва и всех, кто сложил за него головы!

– Непременно, – офицер хлестнул коня плетью и тот сорвался с места.

– Прощай!.. – успел выкрикнуть Пётр, перед тем, как жёсткая студёная верёвка сломала ему шею.

– Будьте прокляты вы и ваши дети до скончания веков! – Дарья злыми опухшими от слёз глазами уставилась на офицера.

Офицер выстрелил в неё и крик прервался.

Скрипнула дверь избы.

– Мама… – успела только проговорить девочка, как её сразила пуля.

– Это всего лишь ребёнок, – проговорил один из солдат.

– Проверьте, нет ли кого ещё, – приказал офицер и сел в седло. – И сожгите дом.

Дом вспыхнул, как куча соломы, похоронив мечту невинного ребёнка о лодке, которая плавает по дну моря…

2

Ниши дни. Москва. Художественный академический институт им.

– Ира! – весело выкрикнула симпатичная блондинка.

Впереди шедшая по коридору девушка с огромной папкой остановилась и улыбнувшись, подошла к подруге.

– Света, целый год не виделись. Как ты? Как твоя девочка?

– О, ты подстриглась, покрасилась, тебе идёт тёмный каштан и коре, я всегда это говорила. Твои перемены неспроста. С кем-то встречаешься?

– Твоим вопросам конец будет? – улыбнулась Ира. – Посидим в кафе? Две пары у меня свободные. Экстерном сдала, теперь гуляю.

Девушки вошли под навес летнего кафе, недалеко от академии, заказали пиццу и сок.

– Тебе хорошо, конец учёбе, а я после академического ещё год, ох не знаю выдержу ли. Отвезла Ленуську к родителям в Зеленоград, и сюда, узнать в какую группу определят.

– А как Дима?

– Эта сволочь мне на глаза боится показываться. Думает, я снова скандал устрою.

– Так между вами всё?

– Уже полгода, как только я его родителям ребёнка показала.