Юна – единственная

Небеса краснеют

И воды мира, хмурясь, смотрят вниз,

Как в судный день, чуть вспомнят ваш поступок…»[18 - Строки из произведения «Гамлет», Уильям Шекспир.]

– Нет, нет, прошу… – отчаянно взвыл Уитфорд.

Дин со всей силы пнул бочку, выбив её из-под ног осуждённого, и отвернулся. Он опустился на колени перед телом Дейзи, и проведя ладонью по её лицу, поцеловал её в губы. Поднявшись на ноги, он сорвал висячую лампу, и разбив её, вылил масло на тело.

– Ярдли, Курт, поднимайте! – хрипло проговорил он.

Закреплённые на талях[19 - Тали – система тросов и блоков, служащая для подъёма тяжестей и натягивания снастей.] тросы, с четырёх сторон опутывающие шлюпку, натянулись и подняли её вверх. Дин аккуратно отвёл шлюпку за борт, и она стала медленно опускаться на воду. Верёвки ослабили и отпустили, предоставляя шлюпку свободному течению, уходя прочь от корабля.

Бартоломью протянул Дину факел, тот взял его, кинул в шлюпку, и она тут же охватилась огнём.

– «Сейчас я мог бы пить живую кровь и на дела способен, от которых утром отшатнусь…»[20 - Строка из произведения «Гамлет», Уильям Шекспир.

], – еле слышно проговорил Дин, смотря как быстро сгорает и тонет в пучине вод его былое счастье, и мирная жизнь.

Из-за горизонта благородно поднималось золотое светило, окрасив пенистые воны пурпурным блеском. Ветер надувал паруса, неся корабль к далёким берегам, таинственным островам и бескрайним просторам.

Всё, что произошло, казалось Дину кошмарным сном, и никак не хотело реальностью укладываться в его сознании… Нет.

Сейчас он откроет глаза и окажется в постели, возле мирно спящей Дейзи, обнимет её, а она, проснувшись, улыбнётся сонной улыбкой и одарит его сладким поцелуем… Стоп! Хватит! Такого не будет больше никогда!

– Что прикажите, капитан Фритт? – пронёсся громкий голос Бартоломью.

Дин, обернувшись, посмотрел на довольно улыбающиеся лица мужчин.

– Мы назначаем вас капитаном, – вновь проговорил Бартоломью. – Это наверняка не тот корабль, завещанный вам двоюродной тётушкой, но обещание ваше сбылось.

Дин усмехнулся.

– Что ж, если так, – ответил он. – Отныне я капитан Дин Фриман – настоятель свободных людей. А эта посудина не «Ласточка», а «Стрела». Гарри, поручаю тебе изменить название, да так, чтобы издалека видно было.

– Да капитан! – весело выкрикнул тот.

– Браво капитану Фриману! – воскликнула хором команда. – Браво!

– Старый Ванс с ума сойдёт от радости! – проговорил Уэбб.