Небесная канцелярия

– Итак, какую книгу ты ищешь? У меня большой выбор! – тоном опытного пиарщика заявил Люциферович, указывая на бесконечные стеллажи.

Я прошептала заклинание, и мой фонарь рассыпался миллиардом золотых искр. Это было красиво. Долго я тренировалась, чтобы гасить фонарь так эффектно.

Я довольно повела плечами и ответила:

– Мне нужен какой-нибудь свод законов по мирам. Все, что с этим связано.

– Так-так, – протянул библиотекарь, поглаживая подбородок. – Так-так-так… Неужели Петр Иудович решил добиться внесения Земли в Зал Славы?

– А… Нет, Павел Люциферович.

Библиотекарь задумался. Обвел взглядом зал, чуть заметным движением поправив какую-то книгу в дальнем углу. Пожевал губами. Снова погладил подбородок.

– А знаешь, Катерина, я ведь тоже принимал участие в создании Земли.

– Вы были помощником Петра Иудовича! – воскликнула я, припоминая эту старую историю.

И ведь правда! Когда меня перевели на работу к моему Иудовичу, скандал с увольнением Люциферовича как раз затихал. В чем-то он ссамовольничал при создании Земли, кажется, что-то добавил, времени переделывать уже не оставалось, поэтому пришлось проект оставить таким, как есть, а Люциферовича уволить, дабы другим неповадно было.

– Я был его заместителем! – гордо прогремел библиотекарь. Потом огляделся, поманил меня к себе и зашептал на ухо.

– Змей? Вот блин! Так значит… – воскликнула я и захлопнула ладошкой рот.

Так вот в чем дело на самом деле! Неудивительно тогда, что его уволили.

– Но так даже лучше, – уже в полный голос, не обратив на меня внимания, продолжал Люциферович. – От них столько пользы! Эта как раз та изюминка, которой не хватало его ранним мирам.

В этом я сомневалась. На Земле змей что-то недолюбливали.

– Тебе нравится Земля. И ты не просто так интересуешься Мировым Кодексом.

Библиотекарь не спрашивал. Он просто констатировал факт.

– С чего Вы взяли, Павел Люциферович?

Я выдавила улыбку. Люциферович, не мигая, смотрел на меня. Два черных глаза поблескивали отражающимися в них светильниками. И я стала понимать, как чувствует себя земной кролик перед земным же удавом.