Одиночка

В эту самую секунду я точно знаю, что обращаются не к Карине, не к подоспевшей Ксюше и не к кому-то еще, а именно ко мне. Я слишком много раз слышала этот голос, чтобы засомневаться. Низкий, произносящий слова так, будто делает им одолжение. Забываются и боль, и растекшаяся тушь, и унижение. Мне не показалось. Не показалось. Тень – это был он.

Мы не успеваем встретиться глазами, потому что уже в следующее мгновение Адиль замахивается и ударяет обидчика в лицо. Без разговоров и с удовольствием, как делал это всегда.

– Сейчас охрана их разнимет, – слышу я дрожащий шепот Ксюши рядом и обхватываю ее руку, помогающую подняться. – Вставай, Даш. Поехали отсюда.

2

– Спорим, не так ты хотела отметить свой день рождения? – горько усмехаюсь я, размешивая молочную пену в чашке с капучино. – Очень жаль, что так получилось.

– В караоке было шумно, а здесь хотя бы поговорить нормально можно. – Ксюша обводит рукой пустой зал кофейни. – Спокойствие и тишина. Дима скоро приедет?

– Да, уже выехал.

Поморщившись, пробую шевелить ногой под столом. Испанский стыд. Сходила, называется, с подругами в караоке. Платье испачкано, макияж растекся, ноет копчик, и теперь мне минимум неделю придется хромать.

– Как ты, Даш? – понизив голос, спрашивает Ксюша.

Я знаю, о чем она, но все равно предпочитаю включить дуру.

– Думаю, у меня просто небольшой вывих. Мазь должна быстро помочь. Дима когда на футболе ногу подвернул, уже через неделю снова бегал.

– Я не про это.

Конечно, Ксюша спрашивает про Адиля и про то, как я себя чувствую после встречи с ним. Только она и мама знают, что со мной творилось после его неожиданного отъезда. Как я сутками лежала на полу и, обняв колени, выла, что не хочу без него жить. Как от еды отказывалась и целый месяц не появлялась на учебе, за что меня едва не отчислили из университета, поступление в который стоило мне кучу нервов и бессонных ночей. Первая любовь, она такая – не знающая полумер, сбивающая с ног, забирающая тебя всю.

– Ты про Адиля? Да я даже разглядеть-то его толком не успела. Узнала по голосу.

– Там потом охранники набежали, – ни к чему сообщает Ксюша. – Разняли их. Думаю, с ним все в порядке.

Опустив глаза, тихонько смеюсь.

– Мне без разницы. Я больше не собираюсь переживать о последствиях его очередного мордобоя.