Радуга над головой

Небольшой козлик (наверное, ещё детёныш, в смысле, козлёныш) доверчиво подошёл к решётке, и я смогла погладить пальцами его задорную мордочку. Не всю, а самую малость, сколько дотянулась.

– Во! Как к козлам тянет! – не смолчала зловредная Танька и толкнула Люську в бок. Та фыркнула:

– Родство душ!

Мы с козликом не стали обращать внимания на слова моих подружек. На чужой роток не накинешь платок. Надоест, сами перестанут.

Но козлику надоело быстрее. Он развернулся и, даже не мекнув на прощание, ускакал в сторону каменной насыпи к своим сородичам.

– Что-то мы к козлам прилипли, – проводив козлика задумчивым взглядом, сказала я, обращаясь к подружкам. – Может, стронемся, наконец, с места да потрусим дальше? А?! Вы как?! Наобщались с козлами?

Девки фыркнули ещё раз, переглянулись, а потом…

– Пошли! – скомандовала Танька, и мы дружно шагнули за ней следом.

На пути нам попался вольер с ослом.

– То козлы, то ослы, – усмехнулась Танька. – Не жизнь, а праздник.

– И чего нас в зоопарк потянуло?! – запоздало удивилась она.

– Машкину детскую мечту осуществляем, – напомнила Люська.

– Да ладно, мечту, – отмахнулась я. – Мы же не на работу сюда устраиваемся, а просто гуляем.

– Нельзя ли для прогулок подальше выбрать закоулок, – с чувством продекламировала сверх меры начитанная Танька, и я совсем не интеллигентно, с коротким смешком ткнула её кулаком в бок.

Проходившая мимо пожилая пара покосилась на нас. Причём, женщина неодобрительно хмыкнула и поджала губы, а мужик улыбнулся и подмигнул мне, но так, чтобы благоверная не заметила.

– Старый козёл, – негромко, но с чувством выдала я в ответ на его манипуляции, а подружки чуть не лопнули, сдерживая рвущийся наружу смех.

– Нет, ну это невозможно! – захлебнулась смехом Танька, когда мы немного разминулись с парочкой. – Ты другие слова знаешь?! Или тебя на козлах заколодило?!

Я успела только плечами пожать, и тут вдруг рядом раздался такой истошный, такой чудовищный вопль, что я подскочила вверх на полметра, а Люська с визгом шустро нырнула за мою спину.

– Чтоб ты сдох! – искренне и с чувством выдохнула Танька, выходя из столбняка и поворачиваясь к ослу. – Ну и вой у тебя!

Осёл набрал воздуху в лёгкие и гаркнул ещё раз. Но мы уже были настороже, и повторный рёв не произвёл на нас такого ужасного впечатления, как первый.