Крысоголовые

Вокруг ни намёка на неухоженность и запустение, но не сам ведь директор бегает по участку с метлой?!

Способность видеть на расстоянии сквозь сомкнутые ресницы приходит ко мне сама собой. Я никак не контролирую этот процесс и даже забываю, что такой фокус частенько мне удаётся. Но сегодня я обрадовалась этому своему умению.

Правда, радовалась я недолго. Я ещё стояла на месте, таращилась в пустоту полузакрытыми глазами и разглядывала директорское жилище, как вдруг услышала рядом детский голосок, тихо произнёсший:

– Тётенька…

Я вздрогнула и очнулась.

Передо мной стоял небольшой мальчишка. Невысокий, розовощёкий, с очень серьёзными серыми глазами, он явно учился во втором – третьем классе, не старше. Он требовательно смотрел на меня, но ничего больше не говорил.

– Что тебе, мальчик? – поинтересовалась я, переводя дыхание и снова начиная нормально дышать, внезапно сообразив, что я замерла на вдохе да так и застыла. Хорошо, что он меня окликнул, а то ведь так и задохнуться недолго.

– А вы почему так долго вслед машине нашего директора смотрите? – поинтересовался малыш на полном серьёзе.

Взгляд его ничуть не изменился. Он так и продолжал смотреть на меня строго и требовательно, и я не смогла увильнуть от ответа. Надо было что-то отвечать. Но что?!

Сказать правду я не могла. Представляю бедного ребёнка после моих слов: «Ты не замечал, что у вашего директора крысиная голова?» А врать не хотелось.

Мысленно поругав себя за неосторожность, я отвертелась с помощью вечного вопроса:

– А что, нельзя?

– Нежелательно, – строго сказал мальчишка.

 – Он этого не любит. Он вообще не любит, когда на него смотрят пристально или подходят вплотную.

– А ты откуда знаешь?

– Я за ним давно наблюдаю. Исподтишка.

– Зачем? – удивилась я.

Мальчик сжал губы, глубоко вздохнул и пронзительно посмотрел мне прямо в глаза. Взгляд был не детский, и я невольно поёжилась.

– А вы ничего не заметили? – поинтересовался он наконец тихим голосом, когда наш долгий обмен взглядами закончился.

Мои глаза предательски скользнули в сторону, я почесала лоб правой рукой и закусила нижнюю губу, но так и не сообразила, что сказать. Всё-таки ребёнок…

– Значит, заметили, – сделал он правильный вывод и в задумчивости похлопал ладонью себя по ноге.

– Ты о чём? – всё ещё лукавя, бросила я на него быстрый взгляд.

– Разве вы не видите, что у него две головы: одна нормальная, как у всех людей, а другая – крысиная, – тихо сказал малыш, наклонившись ко мне.