Вера В Любовь

Он отпустил ее и выпрямился. “Моя госпожа.”

Какого дьявола она назвала его Вашей милостью? Он всегда был для нее Дрейком.

Даже вчера.

Дрейк оторвал от нее взгляд и оглядел комнату в поисках компаньонки. Возможно, ее мать сочла нужным сопровождать ее, и Брук не могла позволить себе быть непринужденной под таким пристальным взглядом.

В дальнем углу комнаты стояла горничная. Больше там никого не было, и дверь в гостиную была закрыта за ними.

Конечно, Брук было все равно, что подумает горничная. Дрейк внимательно посмотрел ей в глаза.

“Теперь мы будем вести себя официально?”

Щеки Брук покраснели, когда она оглядела комнату. “Может быть, это и к лучшему.”

“Я не согласн. Более того, мне это совершенно безразлично. Я всегда был для тебя Дрейком.”

Она снова улыбнулась. “Очень хорошо, Дрейк, тогда ты останешься.”

Звук его имени на ее губах послал приятное тепло через него, ослабляя напряжение, которое росло. "Гораздо лучше, Брук." Он оглядел гостиную, дважды проверяя ее обитателей, прежде чем снова взглянуть на нее.

“Должен ли я считать, что мы одни?”

“Очень хорошо, за исключением моей горничной." Улыбка Брук дрогнула на мгновение, прежде чем она смогла скрыть свое огорчение. " Отец в деревне, а мать на континенте.”

“А как же твой брат?”

“Можно только догадываться. Хотя можно с уверенностью сказать, что мой брат, вероятно, преследует один из своих пороков. Брук плотно сжала губы, словно пытаясь удержаться от дальнейших слов.

Раскаяние сжало сердце Дрейка.

Он должен был прийти за ней, как и обещал много лет назад. Ничто не должно было стоять у него на пути, он не должен был этого допустить. Не тогда, когда он знал, как семья Брук игнорировала и пренебрегала ею.

Дрейк по глупости позволил себе поверить, что они изменились. Он был настоящим ослом.

Дрейк протянул ей свою руку, предлагая ее на прощание. “Может быть, прогуляемся?”

“Мне бы этого хотелось." Брук провела рукой по сгибу его локтя.

Прежде чем снова заговорить, Дрейк вывел ее из гостиной в семейный сад.

Он повел ее по дорожке, обсаженной розовыми кустами, а потом спросил: "Они все еще твои любимые?”

“Нет." Брук одарила его озорной улыбкой. “Сейчас я предпочитаю лаванду.”

Дрейк задумался, не связано ли их пребывание в Камбрии с тем, что она предпочитает пурпурные цветы. Казалось, это было целую вечность назад, и все же он помнил ее так, словно это было вчера. Он сделал мысленную пометку послать ей букет.

“Хоть розами не пахнет.