Художник и фея

Он спал так сладко и безмятежно, что фее было жаль будить его.

Она села на веточку, которая почти касалась лба спящего и стала внимательно рассматривать это гигантское существо из другого мира.

Порхавшие в ночном воздухе лучики света иногда замирали прямо рядом с ней, но немного покружившись, улетали…

Художник почувствовал какое—то странное тепло, даже скорее жар… И хотя ночь была довольно прохладная, но ему совсем не было холодно. Ему казалось, что он находится в лучах какой—то огромного прожектора, и самым удивительным было то, что этот прожектор светил внутри него.

Это нельзя было сравнить ни с чем. Этот жар не будоражил, не пек, он просто приятно и ярко согревал изнутри. Как-будто он чувствовал жар собственной души. Хотелось закричать и захлопать руками, как крыльями.

Но художник сдержал себя. Он даже не открыл глаза. Ему было немного страшно. К ощущению внутреннего тепла примешивалось еще одно необычное чувство, оно было определенным и недвусмысленным. За ним кто-то следил.

Да, да, в этом пустынном и заброшенном людьми месте, на этом огромном дереве кроме него был кто-то еще.

На миг ему показалось, что странное тепло и пугающий его взгляд как-то связаны между собой. И чтобы убедиться в этом ему нужно было всего лишь открыть глаза, просто открыть глаза… Но это было самое сложное, из всего того, что он мог бы сейчас сделать. Спящего можно разбудить, но невозможно разбудить того, кто притворяется спящим.

Его волю словно что-то парализовало. Парализовало настолько, что открыть глаза было просто немыслимо.

Вдруг он почувствовал, как что-то легкое и почти невесомое слегка коснулось его лба

и в ту же секунду невидимый контроль над его сознанием исчез. Он, наконец-то, смог слегка приоткрыть паутину ресниц и сквозь тоненькую, почти невидимую щелочку подсмотреть на то, что творилось вокруг.

Прямо около его глаз сидело крохотное светящееся существо, похожее на маленькую фарфоровую куколку, до того тоненькую, что она казалась почти прозрачной.

На ней было странное одеяние из чего-то среднего между тончайшей тканью и листьями деревьев. Волосы ее были длинные и мягко струились по хрупким плечикам. Необыкновенно красивые крылышки нежно трепетали за ее спиной. Но самым удивительным были ее глаза, похожие на капельки утренней росы: из них исходил необыкновенной силы свет, проникающий в самое сердце.