Доисторическая история

– Нгао надо смириться, – сказала она. – Женщина должна жить в доме мужчины, рожать детей, нести добычу после охоты и поклажу во время переселения. Терпеть побои и радоваться, когда мужчина обращает внимание. Так живут все.

– Что будет с Нгао? – дочь Тхена подняла на мать испуганные заплаканные глаза.

Мать всегда оберегала ее, старалась защищать от гнева отца. Сейчас Ула уже стара. Ей столько зим, сколько пальцев на руках у четырех человек. Но даже сейчас она оставалась красивой. Ее длинные ниже лопаток волосы по-прежнему были черны как смоль, лишь кое-где проглядывала седина.

Они мелкими жесткими кудряшками спадали на спину. Морщины не искажали лицо, а придавали ему какую-то особую прелесть. Темные почти черные глаза строго смотрели на дочь.

– Тхен возьмет Нгао на совет племени перед охотой, – ответила Ула. – Тхен скажет, что Нгао выросла и может стать женой. Милон сын Воуна сразу на совете может сказать, что возьмет Нгао в дом Милона. Тогда вечером Тхен проведет обряд очищения, и через три дня Нгао станет женой Милона.

– Нгао не хочет!

– Нгао на самом деле глупа. Это долг каждой женщины перед племенем. Желание Нгао не имеет значения. Дочь Тхена станет женой сына Воуна.

Ула отошла от дочери. Тихо всхлипывая, Нгао свернулась в комок и вскоре уснула.

* * *

Нгао принадлежала к племени сиху – скалистых людей, детей горной козы Арны. Она была небольшого роста худощавая, но сильная и ловкая для своего телосложения. Как и все женщины племени, Нгао носила шкуру горной козы и завязывала свои черные слегка вьющиеся волосы кожаным ремешком.

Она отличалась от типичных представителей племени. У нее была слишком светлая для сиху кожа. Ее лицо имело более мягкие черты, а волосы лишь слегка кудрявились. Для сиху были типичны жесткие сильно кудрявые волосы, очень смуглая кожа и грубые черты лица.

Нгао походила на свою сестру прекрасную Ион, но Ион была горда и смела. Говорят, ее побаивался даже сам Воун. А самая младшая Нгао была забита и запугана отцом и старшими братьями.

Дочь Тхена прекрасно знала, что ее ждет в доме мужа, тем более, если им станет сын Воуна. Единственный сын вождя был злобен и жесток. Он добивался любой своей прихоти, его жены умирали от побоев, и его боялись все в племени.

Утром Ула разбудила дочь. Тхен сын Ога уже ушел. Доев оставшееся после отца мясо, Нгао взяла два выдолбленных из ствола дерева ведра с привязанными к краю лианами и собралась за водой к озеру.