Декабрьское испытание. Любовный роман. Часть 1

Я сегодня ужасно устала.

Когда на следующее утро няня пришла в спальню хозяйки, она осмелилась всё же спросить, не изменила ли барышня своего решения.

– Нет, – ответила девушка, – Я не передумала и ничего не собираюсь менять в своих планах на будущее.

– Но как же так можно, Наташа? Ведь он же не любит тебя, да и ты, кажется, тоже…

– Это не имеет никакого значения, няня! Я отлично знаю, что многие мои подруги, которые находятся в менее отчаянном положении, чем я. Выходят замуж отнюдь не из-за нежных чувств.

– Tar ведь их принуждают к этому. Голубушка моя. А ты свободна и можешь сама решать свою судьбу.… Почему ты хочешь выйти замуж именно за господина Соколовского?

– Няня, я ведь объяснила тебе, что завишу от него ещё сильнее, чем мои подруги зависят от своих родителей или опекунов. У него мои деньги и имение…. И всё это по милости дорогого папеньки! Хватит говорить об этом, няня! Ты уже с утра испортила мне настроение, а ведь мне сегодня предстоит свидание с будущим женихом.

– Наташа…

_ Прошу тебя, няня, больше ни слова об этом! А если не можешь сдержаться, ступай! Я оденусь сама.

Няня не проронила больше ни слова. Она очень хорошо знала, что если хозяйка что-нибудь задумала, то никто и ничто не заставит её отказаться от намеченного плана.

«Господи. Сохрани мою барышню!» – подумала она, – Наставь её на тот путь, которым ей нужно идти!»

Господин Соколовский пробежал глазами послание соседки и повертел головой. Не веря прочитанному.

«И она ещё ставит условия! А ведь я фактически владею её имуществом, и мне ничего не стоит выгнать её из имения! Но я даже подумать не могу о том, что с ней тогда может случиться! В лучшем случае станет чьей-нибудь гувернанткой или компаньонкой, что совсем не для неё… ну вот, теперь я её жалею, хотя давал себе слово не допускать по отношению к ней никаких тёплых чувств….

Соколовский приехал, как и просила Наталья, в тот же вечер – в половине пятого. Он был, как всегда, элегантно и модно одет. Его светло-русые волосы блестели на солнце золотым отливом, лицо с безупречными чертами аристократа казалось немного надменным, а карие глаза смотрели на мир как-бы слегка высокомерно.