Пиппа ищет неприятностей

Так говорил учитель.

Я плотно прикрыла тайник, всего на секунду опустилась у тела учителя и поцеловала его в ладонь. Благодарю тебя, учитель. Ты стал для меня тем, кого у меня никогда не было. Я никогда не говорила этого вслух, но мэтр Миль был мне как отец.

Задерживаться дольше было опасно. Я и так рисковала. Тем же путем, через тайный лаз в крыше, я выбралась наружу и по лесу, вдоль дороги, освещенной полной луной, потопала в город. В поместье мэтра мне больше делать нечего.

Даже если теперь это моё поместье.

Глава 2. Пиппа

Тетушка Магда не была в восторге, когда с рассветом я постучала в дверь. Но, во-первых, она – целительница. Работа у нее такая: на помощь людям приходить. А ко мне даже приходить не нужно. Вот она я, сама припёр… добралась.

Во-вторых, я лично никогда не отказывала, когда помощь была нужна ей. И травы собирала, если она вырваться не могла в подходящую фазу луны. И артефакты заряжала. И новые делала, когда была необходимость. «Жезл Твердой Решимости» при мужском бессилии, ветрогонную «Сферу Полуночного Грома» или «Кровавый Посох в Печень» от колики.

А в-третьих, после нескольких часов пешком по ночному лесу меня не очень интересовали чужие проблемы. Я хотела только снять, как обувь, сбитые о коряги ноги и поспать. И мне даже удалось отбиться от расспросов и немного вздремнуть. Совсем чуть-чуть. Было ощущение, что я только-только закрыла глаза, а в следующий момент по мне уже носился бодрый шорёк.

Я села, потирая глаза. Из коридора послышались шаги, и Шорька рыжей молнией взмыл на полки со снадобьями.

– Ку-уда, мля! – заорала у меня над ухом тетушка Магда.

Росточком она была невысоким, сухенькая такая старушка, чисто полевой одуванчик. Но голосом своим зычным даже самых стойких избавляла от запоров.

Испуганный зверек подскочил на месте, стукнулся головой о верхнюю полку и сбил хвостом фиал с маслом моршанки. Сон из глаз как ветром сдуло. Через мгновение я была под полками и ловила склянку.

Магда, размахивая кулаком, устремилась за Шорькой:

– Ах ты, нешьесс хвостатый! Я тебе сейчас хвост-то выдеру, как поймаю!

Шорька, вдохновленный такой перспективой, промчался от полок по натянутой веревке, на которой сохли веники синецветика, к другой стене.