Любимая пешка короля

Да не может быть! Неужели я всё же высплюсь не впустую?

– Угадай, где она расстегивается!

Величество по-хозяйски потянул ко мне руку.

– Нет-нет-нет. Так дело не пойдет, – я соскочила с кровати. – Ты говоришь, я отвечаю. Если не попал – снимаешь с себя один предмет. Какой я скажу, – вспомнила я уроки наших юристов. – А если угадаешь, позволю расстегнуть, – коварно улыбнулась я, поправляя локоны.

«А если не найдешь, то я в шкафу», припомнился мне бородатый анекдот.

Настроение снова повеселело и повлажнело.

– На спине, – скучающим тоном заявил он.

– Снимай правый сапог!

– Врешь! – он потянулся, чтобы схватить меня за руку, но я успела отскочить и с безопасного расстояния покачала в его сторону попой.

– Ну! – развернулась я снова и протянула руку за сапогом.

Эльиньо Третий сел на край кровати и протянул мне ногу:

– Сама снимай. Их по-другому не стянуть, – усмехнулся он.

Ой, это вызов, что ли? В такие игры по-разному можно играть.

– Слушаюсь, Ваше Величество, – покорно произнесла я, подошла ближе и опустилась перед ним на колени.

Красавчик затих.

– Вы позволите, Ваше Величество? – я, не поднимая глаз, протянула руку к ноге.

– Позволяем, – отдал он распоряжение. В уверенном голосе ощущалась привычка повелевать.

…Как же удержаться и не подсмотреть, что творится у него на лице?!

Я погладила пальцем бедро над верхним краем его ботфорта, провела ладонями по боковым поверхностям сапога до голеностопа.

Фиг у меня получилось, конечно. Тянуть пришлось со всей силы, так что он не соврал, сам бы он их не стянул.

Сапоги не воняли. Как и ноги. Не знаю, что использовалось в качестве носков, но если оно и было, осталось в ботфортах. Я наклонилась, осторожно коснулась губами его стопы возле пальцев и продолжила сидеть перед ним, склонив голову. Его рука нежно коснулась моих волос.

– Позволено ли мне будет снять второй ваш сапог, Ваше Величество? – смиренно спросила я, всё так же не поднимая глаз.

– Снимай, – велел он слегка охрипшим голосом и вытянул ногу.

Я подняла взгляд на уровень паха и убедилась в своих подозрениях: сценка подействовала как надо. Я как бы не удержалась и провела по припухлости рукой и, отдернув ее, поднесла к губам.

– Ой, Ваше Величество, я такая неловкая… – жалобно прошептала я.

– Да стягивай уже наконец! – рыкнул ихнее величество, ткнув сапогом вне в руки.