Герцогиня и спортсмен

– А кнут? – не удержался наглец от ухмылки. – На вкус коллег?

– А кнут они пробовать отказались.

– Ну что же вы так? – он сложил руки на груди. – Не справились с управлением коллегами…

– А не стремлюсь к управлению коллегами, – заметила Маша и снова глотнула кофе. Впрочем, теперь нужда в нем отпала сама собой. Встреча с Вереиным ее и так достаточно взбодрила. – Меня вот больше интересует, как вам удается управлять велосипедом, чтобы, – она окинула взглядом собеседника, – сохранить такую первозданную чистоту? В условиях нашей-то грязно-дождливой осени.

– Тут нужен талант, – согласился спортсмен и широко улыбнулся. – А почему вы, Мария Петровна, так велосипеды не жалуете?

– Я четыре колеса предпочитаю, – честно призналась Горская. – Устойчивей. Надежней. Быстрей. Удобней. – Она задумалась на секунду, склонив голову набок. – И красивей.

– Вот с последним я не соглашусь, – руки Вереина вновь переместились вниз, на этот раз – в карманы брюк. – Вы когда-нибудь вживую выступления по триалу видели?

– А должна была? – Маша добавила в голос подозрительности, для пущего эффекта.

– Нет, конечно. Но у вас есть уникальная возможность посмотреть. Не из чувства долга, а отдыха ради. Сами же говорили, что у вас сплошные дела и заботы, – привел спортсмен неоспоримый аргумент. – У нас скоро закрытие велосезона.

«Хочешь большой и чистой любви…», – вновь мелькнуло у Маши в голове.

– Спасибо за приглашение, но я всё же откажусь, – она вновь отпила из стаканчика. – При моем графике сложно выделить время на развлечения.

– Если работа не оставляет времени для отдыха – зачем такая работа? – озадачился мужчина.

И в этот момент прозвенел звонок.

– Если не я – то кто же? – возразила Горская. – Простите, у меня пара.

Она допила свой кофе, выбросила стаканчик в урну и обошла собеседника, который не торопился покидать место встречи.

Маша могла точно сказать, куда был направлен его взгляд.

Глава 13

Есть у Черной Герцогини один несомненный талант: умеет она мимоходом отдавить чужое самолюбие. Другой вопрос, радовал ли этот талант Андрея… Не радовал. Но останавливаться он не собирался. Возможно, дело было в латентном мазохизме.