Герцогиня и спортсмен

Ты же у нас такая мудрая, такая сообразительная, ты обязательно что-нибудь придумаешь, – Женька изобразил на лице глубокое восхищение, после чего зашипел, видимо, получив под столом от супруги.

Тут в Горском-младшем неожиданно проснулась совесть (или чувство самосохранения), и он перевел разговор на именинницу-мамочку, которой Лиза должна быть благодарна за такого замечательного него, а Залесский – за удивительную Машу. Валера поддержал тост, восхищаясь родительскими качествами Валентины Сергеевны, и разговоры перешли на нынешнее поколение и современных студентов.

– Как там, кстати, Вереин у тебя занимается? – полюбопытствовала мама, и Маша практически увидела, как Женька сделал стойку.

– Какой Вереин? – осведомился он.

– Тот самый, – Залесский кивнул.

– И ты молчала? – с упреком бросил братик.

– О Вереине я могу молчать бесконечно, – честно призналась Маша. – Так что если хочешь автограф или фото с кумиром на память – это к Валерке. Он с ним по-мужски договорится.

– А ты? – не понял брат.

– А я с террористами переговоры не веду. Он и так на занятиях сидит, как царь зверей.

– И ты тут такая в коже и с плеткой входишь. А-ап!.. и тигры у ног моих сели! – заржал Женька и тут же зашипел от дружественных военных действий со стороны невестки.

– У тебя проблемы? А почему не сказала? – недовольно проворчал Валера.

– Ничего такого, с чем я бы не справилась, – успокоила его Маша. – Но давать лишние козыри ему в руки с моей стороны было бы глупо.

Застолье тянулось своим чередом.

Через пару часов стало приличным уйти. Маша намекнула, что пора уже и честь знать, на что получила поручение поставить воду для чая. Женька вызвался помочь.

– Ты всё-таки решила выйти замуж за этого зануду? – спросил братец на кухне.

Между братом и сестрой близких отношений не сложилось – сказывалась разница в возрасте и поле. Но Женька всегда был ее защитником.

– Почему «зануду»? Валерка очень надежный и заботливый.

– Надежный и заботливый зануда. Машка, ты же с ним плесенью покроешься, еще пара лет пройдет.

– Мама с папой всю жизнь живет тихо и мирно, без вулканов страстей, и счастлива.

– При чем тут мама? – поморщился Женя.