Золотая карета для Золушки. Роман о любви

Поэтому в семнадцать лет, после школы, я уехала из дома совсем в другой город и стала жить самостоятельно. А она продолжила дальше пить.

– Сколько тебе лет? – спросил Пётр.

– Тридцать пять, – ответила я.

– Девочка моя, ты такая ещё молодая, ещё многое у тебя впереди. Главное в жизни – не потеряй себя и люби Бога. Если хочешь, то я буду тебя всегда поддерживать.

– Да, я хочу, я очень этого хочу, – ответила я и прижала телефон к груди…

– Я буду всегда рядом, – ответил Пётр и положил трубку.

На следующий день к моему подъезду подъехала бордовая Volvo, не включая фары, водитель вышел из машины.

Он закурил сигарету и выпустил из себя кольцо дыма. Я подошла к машине, поздоровалась с таксистом и произнесла:

– На Каменскую, сорок три.

Удобно устроившись на сидении, я прикрыла глаза и стала думать о нём. Может быть, плохо думать о женатом мужчине, тем более священнике, но мне стало казаться, что я влюбляюсь в его голос, манеры общения, и мне хотелось быть рядом с ним.

– Девушка, просыпайтесь… – громко сказал водитель.

Я вздрогнула от неожиданности и проснулась.

– Девушка, вы можете выходить, мы уже минуту стоим на Каменской, сорок три, – с улыбкой произнёс таксист.

Через несколько минут я стояла на пороге театра. В вестибюле собралось много людей, они толпились повсюду: у входа, в раздевалке, в длинных коридорах.

Все люди были нарядно одеты, поэтому состояние праздника царило повсюду. Вдоль стен стояли столы с разными безделушками и сувенирами, здесь было всё, что можно купить нерасторопному зеваке.

Когда зазвенел первый звонок, зрители не спеша стали проходить в огромный зал. А я сидела в буфете театра, наслаждаясь ароматом и вкусом латте, и уже со вторым звонком тоже пошла в партер, чтобы занять своё место.

Мой милый читатель, давайте с вами приоткроем завесу женской души, чего же она хочет и что ищет? Духовности – это театры, кино, выставки, хочет внимания, но больше всего она ждёт любви.

Моя душа тоже была полна ожидания этого чувства и, как дивная роза, готова раскрыть свой созревший бутон навстречу женскому счастью.

И это счастье я увидела в Петре.

Прошло два месяца. Стоял чудесный летний вечер, моя комната наполнилась облаком пыли от огромной груды вещей, которые я вынимала с полок и раскладывала по коробкам. Это был грандиозный переезд в Москву, который полностью менял всю мою жизнь. Через открытое настежь окно доносились крики местной детворы, которая играла в футбол во дворе.