Новый босс

Хотя я бы хотела взглянуть в лицо смельчаку, который бы рискнул бросить Верушку.

– А Фиона-то не промах, – ухмыляется Гас, склонившись ко мне. – Погляди на этого мачо: морда грустная, как у кота в сапогах.

Я не удерживаюсь от смешка при взгляде на унылую физиономию Джо и прошу Гаса:

– Драко, налей мне вина.

Вообще-то я не пью, но сегодня уж очень хочется. Хочется расслабится, чтобы вопрос фертильности хотя бы ненадолго покинул мою голову.

– Мы же беременеть пытаемся. – хмурится Гас. – Я уже четыре месяца ничего не пью.

– Вот тогда ты и твоя трезвая матка выносите нашего ребёнка, – рявкаю я. – А я хочу выпить.

Гас стискивает челюсть до бугрящихся желваков и, взяв в руки бутылку, цедит вина в бокал, точно так же, как когда-то баба Саша капала себе корвалол в рюмку.

– Ой, дай сюда, жмотяра. – Я раздражённо забираю у него бутылку и щедро отливаю себе рубиновой жидкости. Делаю глоток, и ещё один, пока мой чувствительный к алкоголю мозг не размякает до состояния картофельного пюре.

– Я устала. – Тычу пальцем Гасу в грудь, после того как осушаю бокал до дна. – Во мне белка больше, чем в любом спортивном питании, а толку ноль. С сегодняшнего дня я накладываю российские санкции на твой американский член.

– Ты так быстро напиваешься, матрёшка, – усмехается Гас и тянет меня к себе на колени. – Я, наверное, иногда перегибаю палку.

– Наверное? Да ты самый…

– Не рычи, матрёшка. Я буду стараться быть более терпеливым, – обещает Гас.

И я наивно ему верю.

3

Гас

– Нравится девчонка?

Я опускаю руку на плечо прыщавого продавца из отдела овощей, который уже минуту пялится на задницу матрёшки, набирающей вонючие корнеплоды для своих органических смузи.

– Попец что надо. Прямо как у Эмили Ратаковски, – зачарованно тянет щенок и, чёрт меня подери, лезет под свой красный фартук, чтобы поправить яйца.

Как они, блядь, все мне надоели. Где бы ни появилась Сла-ва, она, словно радар для похотливого тестостерона, привлекает внимание всех окружающих мужиков.

Я кладу дрочиле ладонь на макушку и вращаю по часовой стрелке, пока его ошалевшие глаза не упираются мне в грудь.

– Выше смотри, – подсказываю ему.