Янка при дворе царя Петра

– Седай, – женщина усадила Янку на лавку, – есть то хочешь?

– Немного, – смутилась Янка. Женщина протянула ей кусок хлеба.

– Спасибо, – Янка убрала хлеб в сумку, удивляясь еще больше.

– Откуда ж ты такой? – женщина присела рядом на лавку.

– Из Москвы.

– Ой, ты, а сюды-то зачем? Неужто пёхом?

– Нет, из Москвы на электричке, а дальше через лес. У нас археологический поход.

Женщина ее не поняла:

– Чегой-то несешь ты, не пойму я. И одет чудно. Не из-за моря?

– Я чудно?! – Янка даже привстала, – По-моему, это вы – чудно! У вас тут, что народный театр или психушка? Объясните мне, пожалуйста, я ничего не понимаю!

– Тю-тю, не кричи, – женщина снова усадила ее и улыбнулась, – Что ты, спят уж все во дворце, – наклонилась к самому уху Янки, зашептала, – Ничего из речей твоих горячих не поняла.

– Где я нахожусь?! Какой дворец?! – Янка даже вспотела от волнения.

– А находишься ты во дворце села Преображенское. В царском дворце.

– Сумасшедший дом! – простонала Янка, потом повернулась к женщине, – Но ведь этого села давно нет!

– Да как же нет – вот оно село!

– Хорошо, допустим, – успокаивающе для себя или для нее сказала Янка, – Тогда какой же сейчас год?

– Известно какой, одна тыща шестьсот восемьдесят восьмой от Рождества Христова.

– Что?! – у Янки потемнело в глазах, мгновение спустя, словно молния ее поразила догадка: переброска во времени! Пульсирующими толчками всплыли – падение, камень, дверь – все в один момент.

– Значит я во дворце, – сделала она вывод упавшим голосом, – А кто тут живет?

– Царица-матушка, Наталья Кирилловна, – нараспев начала женщина, – с братом боярином, а еще государь, надежда наша, красное солнышко.

Янка невольно улыбнулась такой не обычной для ее слуха манере рассказа:

– Государь? А почему надежда?

– А потому как ему семнадцать лет только исполнилось, голубь сизой, – женщина погладила Янку по плечу.

– Почти ровесник, – одними губами произнесла Янка, – Что же мне делать? – она вопросительно посмотрела на женщину.

– Ой, голубь, ночь на дворе. Ты ночуй уж, а утром я тебя выведу отсель потихоньку. Ложися вот здесь на лавке, – заботливо сказала женщина. Янка, однако, совсем не хотела спать. Сердце колотилось и сжималось от мысли, что ребята ее ждут. Этот вопрос волновал ее в данный момент больше всего. Дворец, царь – чертовщина какая-то.

Женщина тем временем погасила свечу.