Привет тебе от меня из 1942-го года

К деду Василию подошли два немца и русский мужик с повязкой полицая, в нём дед узнал служащего железнодорожной станции. Мужик этот заявил:

– А тебе старый, будет оказана особая честь. Офицерам нужно наловить осетрины, желают они попробовать местного деликатеса. Ты знаешь здесь все места, будь так любезен, окажи услугу. Это тебе зачтётся.

– Зачитывается на небе, сам знаешь кем.

Тут полицай засмеялся и выпалил:

– Кто бы говорил! Не вы ли в станице церковь раздолбали! Была церковь и нет её. Это по-твоему, не зачтётся?

– Ты мне этим делом не упрекай, на мой век хватит дел, которые там зачтутся.

– Ладно старый, заканчивай спорить. Немцы лояльный народ, они это простят. Через день-два принимай гостей.

Когда нежеланные гости сели в катер, завели мотор и повернулись спиной к нему, старый рыбак презрительно плюнул в их сторону и процедил:

– А ведь такой нечисти достаточно повылазило. Таилось долго гнильцо внутри у людей, сменились обстоятельства, они сразу поменяли своё обличье.

Дома он опять бурчал недовольно:

– Вот времена настали, соседа будешь бояться, не будешь знать, чего можно ожидать от него.

Домочадцы молча смотрели на деда, никто не высказывал своих мыслей. Какая-то полная безысходность нависала в воздухе. Затаили дыхание в ожидании чего-то неизбежного и более страшного, чем то, что произошло.

Эдик сидел у Сони на коленях, она его крепко обняла и тихо-тихо напевала куплет из оперетты, стараясь отвлечься от тяжёлых мыслей.

– Папа может всех нас спасти от немцев? Он же сильный, он должен нас спасти.

Соня растерялась, она не ожидала такого вопроса. Об Афанасии в доме говорили редко, но мальчик знал, что у него есть папа, который живёт далеко и любит его. Ей хотелось обнадёжить сына, и она придумала:

– Папа сейчас вместе с другими солдатами будет защищать один очень важный для нашей страны город, туда гитлеровцы направят много своих дивизий. Когда они освободят этот город, придут освобождать и нас.

– Я буду ждать его.

Коротка летняя южная ночь, скоро вставать, а дед Василий никак не может заснуть. Думал про себя: «Старый уже стал, сердце износилось, положен в таком возрасте покой. Время нынче такое, что каждую минуту можно с жизнью распрощаться». В окно постучали, послышалась за окном возня. Дед разглядел двух незнакомцев, по одежде вроде деревенские, должны быть кто из партизан, а там, кто его разберёт.