Многоликий Янус

Левее, из дощатого сарая, до меня доносилось деловитое квохтание курочек и клёкот индюков. С правой стороны от ворот, блестела под лучами солнца гладь небольшого пруда, заросшего камышом и рогозом, оттуда доносилось довольное кряканье. Но громче всего, было слышно ржание коней. Создавалось впечатление, что мы приехали на конезавод. На этот звук мы с Вильямом и ехали.

Но вот, закончились хозяйственные постройки, и перед нами открылся вид на большой сад, чем-то напоминавший, сад около замка.

Так и казалось, что сейчас деревья расступятся, и я увижу деревянный дом Вильяма. Но, когда мы доехали до конца сада, то я просто ахнула! Настолько красив, оказался этот дом вблизи.

Когда я была маленькой, кто-то из маминых друзей, подарил мне кукольный домик. Не помню, сколько у него было этажей, но своим нежно розовым с белым, цветом, большими окнами с тонкими резными наличниками, и изящной фигурной крышей, он очень походил на этот настоящий большой дом.

Конь Вильяма остановился, парень ловко спрыгнул вниз и поднял руки вверх, готовый меня ловить. Я зажмурилась, и сползла с лошади прямо ему в объятия. Мысленно ойкнув, я прислушалась к своим ощущениям в голове. Тишина. Видимо, этот невольный контакт с её женихом, Ядвига не посчитала непристойным.

– Ядвига, – обратился ко мне мужчина.

Я же рассеянно заморгала, пытаясь разобраться, к кому именно он обращается. И, честно говоря, даже подумала, не грозит ли всё это мне в будущем, раздвоением личности.

– Пойдём в дом, я тебя пока оставлю с Глашей, а как закончу здесь свои дела, зайду за тобой.

– А это удобно? – усомнилась я, – графиня не заругает?

Вильям, откинув голову назад, громко засмеялся. Я невольно засмотрелась на этого яркого, плечистого и высокого красавца.

– Так, Яна, стоп! – мысленно осадила я себя. – Ты же вроде влюблена в князя Оливера Райли! Хотя, что в том, что в этом случае, тебе ни чего не светит! Конечно, я понимала, что Вильям любит Ядвигу и что он готов на ней хоть завтра жениться, но в тоже время, я знала, что не имею, ни какого морального права претендовать на её жениха.

Тем более что сама Ядвига жива. Правда, об этом знала только я, и у нас с ней было одно тело на двоих. Так что в некотором роде, мы с ней были что-то вроде саамских близнецов, только сросшиеся не телами, а душами.