Многоликий Янус

Мой персональный башенный кран, резко наклонился и обоими «окнами», пошел на сближение с полом.

***

Еще совсем недавно, тихий и молчаливый замок, наполнился шумом и гамом. На постоянной основе, то тут, то там, слышался недовольный визгливый голос Авроры, ругающий всё и вся!

Большой замок, стал походить на разоренный муравейник. По коридорам и лестницам, с различными поручениями, бегали слуги, лакеи и горничные. В комнату Авроры, прошествовала важная дама, сзади которой, семенили четыре её помощницы, неся в руках корзинки с кружевами, нитками и иглами.

Следом за ними, три дюжих молодца, поднесли множество отрезов различных тканей.

Это прибыла, специально вызванная из столицы, известная портниха Агнесса Илларионовна Трубецкая. Фигуристая женщина сорока-сорока пяти лет, с царственной осанкой и высокой благообразной прической из черных, чуть тронутых сединой, волос. Имея легкий добродушный характер, женщина запросто находила общий язык, даже с самой капризной заказчицей, исключение составляла, только дочь графа Саяна.

Аврора могла вывести из себя и святого. Агнесса Илларионовна, могла бы запросто отказаться обшивать столь капризную и взбалмошную клиентку, у неё не было недостатка в заказах.

Терпеть истерики Авроры, она была согласна только по двум причинам. Первая состояла в том, что мадам Трубецкая, была весьма неравнодушна к хозяину замка, лелея надежду, рано или поздно, стать графиней Саян. Вторая же причина, была довольно очевидна. Граф не торгуясь, платил за многочисленные наряды своей дочери и сверху давал такую же цену, компенсируя подорванное нервное здоровье известной портнихи.

В этот же раз, требовались не просто новые наряды, а самые лучшие! Граф желал с большим размахом отпраздновать выздоровление своей дочери, а особенно, ее свадьбу!

***

Я открыла глаза, и поняла, что какое-то время, находилась без чувств. Но как такое возможно!? Как дух, может потерять сознание? Какой стресс или потрясение, вообще может быть у бесплотного духа?  Но, так или иначе, это произошло.

Я прекрасно помнила, от чего случился мой обморок! Согласитесь, жутковато видеть тело, которое ты считал своим, со стороны и живущим своей, самостоятельной жизнью! Так что я теперь находилась, в чьём-то другом теле. А вот в чьём именно, надеюсь, мне скоро предстоит узнать.

Посмотрев в глаза – окна, я увидела, что мой носитель, навис над молоденькой горничной и резким, визгливым голосом, отчитывает ее за какую-то мелкую провинность.