Многоликий Янус

Впереди, оно явно стало темнее, такого сине-серого, свинцового цвета и сквозь тяжелые тучи, сверкнула молния, громыхнув, практически у нас над головами. Мне на щеку упала первая капля, затем вторая.

– Ого! Откуда дождь!? – удивилась я. – Только, что было всё тихо!?

– Майские грозы, они такие! – Тихо, словно далекий гром, пророкотал Вильям мне на ухо. – Но да, слишком быстро ветер несёт тучи, мы не успеем вернуться домой, промокнем. Да и опасно в грозу в чистом поле! Переждать бы.

– А где? – спросила я, и завертела во все стороны, головой. Кругом, только поля и поля, и лишь правее, виднелась маленькая зелёная роща.

– Как раз там! – проследив за моим взглядом, сказал Вильям.

– Но как там спрятаться от ливня? Деревья нас не защитят!

Мужчина мягко рассмеялся. – Сразу за той рощей, стоит овин для сушки снопов перед обмолотом, вот там мы и переждём грозу!

– А нас не прогонят? – настороженно спросила я.

Вильям снова рассмеялся, поцеловал меня в макушку, и направил коня в сторону недалекой рощи и загадочного овина.

– Там никого нет! – поспешил он успокоить меня, послав коня в галоп.

Мы довольно быстро подъехали к потемневшему от времени и непогоды, деревянному срубу. Дождь уже сильно моросил, поэтому Вильям, спешно спрыгнув с коня, подхватил меня на руки и бегом занёс на крытое навесом крыльцо. Вернувшись к коню, снял с него седло, и звонким шлепком послал скакуна в сторону леса.

– Ой! А как же конь!? – заволновалась я.

– Не беспокойся! – Заводя меня внутрь сухого, пахнущего сеном помещения, ответил мужчина. – Коням не страшен летний дождь, даже такой сильный. Под листвой деревьев, он найдет достаточное укрытие.

– А он не убежит? – снова забеспокоилась я, понимая в душе, что сейчас волноваться должна совсем не о коне, а о своей дальнейшей судьбе.  Задумавшись, я не услышала ответа Вильяма, только почувствовала его руки на своих плечах, которые принялись меня растирать, возвращая моим несколько замёрзшим конечностям, приятное ощущение тепла.

Вот, сейчас, сейчас я решусь и скоро всё, наконец, закончится! – успокаивала я себя. – Для тебя закончится! – подсказал мой, не вовремя проснувшийся, внутренний голос. – А для Ядвиги и Вильяма, – начнётся! – добавил он же, ехидненько. – Ты и приданное, для нее приготовила! – продолжал он.