5 правил счастливой жизни

Но я хочу измениться. Мне надоело быть никем. Даже Сирена видит во мне пустое место.

– Значит, дело все-таки в Сирене, – заключил Лори и незаметно, но судорожно выдохнул. Одним вопросом меньше.

– Дело во мне, Лори. Сирена дала понять мне, что пора меняться. Но я не понимаю, с чего начать.

– Для начала, оденься, – не выдержал сосед, не в силах больше поддерживать достаточно серьёзный разговор с голым парнем. Вот уж что выглядело абсурдно со стороны. А общий внешний вид играл немаловажную роль в восприятии мира Лори.

Они сидели каждый на своей постели. В руках у каждого кружка с горячей водой. Лори чувствовал от этого мазохистское наслаждение, так как казалось, что пальцы начинали плавиться от накалённой кружки. Через некоторое время, он всё-таки пододвинул колени ближе к подбородку, поставил между ними кружку, зажимая её там, и посмотрел на потерянного больше, чем обычно, соседа. В голове неприятная пустота, смешанная с небольшим волнением и от этого раздражением. Лори старался никогда ничего не чувствовать.

За дверью были слышны голоса школьников, их смех и топот ног. Здесь же – нагнетающее молчание вот уже четверть часа. От ожидания, кружка уже трижды наполнялась кипятком, но так ничего не произошло. Спрашивать о продолжении было не в принципах Лори. Он старался даже не смотреть на Дэмиена, но всё равно каждый раз ловил себя на том, что ему постоянно приходилось отводить взгляд. Хорошо бы выучить пару конспектов по строению черепа до сна, но, похоже, сегодня он потратит пару бессмысленных часов, вместо дела.

Протяжно скрипели пружины каждый раз, когда Дэм ерзал по постели в поисках удобного положения. Его кружка давно пуста, но цепкие пальцы крепко сжимали её, словно спасательный круг. То, что ему сейчас плохо, понимал даже Лори: мертвенно-бледный, шумно-дышащий, с невидящим ничего взглядом – Дэмиен больше напоминал пластиковую куклу, чем живого человека.

– Мне кажется, со мной происходит что-то странное, – наконец-то произнес Дэм. Еле слышно, почти шепча, так что Лори даже старался не дышать, чтобы хоть немного расслышать его.

– Я так увлёкся этой странной игрой, что меня убивает. Я не знаю: мне нельзя останавливаться, но, в то же время, нельзя и продолжать.

Лори встревоженно посмотрел на своего соседа. Он говорил какую-то чушь. Абсолютно непонятную, несвязную чушь.