Золотая девочка

Все вроде бы стояло на своих местах, только шторы почему-то были задернуты. Но мама по утрам всегда первым делом раздвигала тяжелые бордовые шторы, чтобы ее любимые цветы, стоящие в горшках на всех свободных горизонтальных поверхностях мебели, получали дневной свет по полной программе.

Задернутые шторы Люське не понравились. Комочек земли на ковре – тоже. А когда она подняла глаза на книжную полку, то увидела, что нет на месте знаменитой дедушкиной глиняной балерины по имени Зинаида. Люське так страшно стало осматривать квартиру дальше в одиночестве, что она рысью бросилась к выходу и помчалась к маме на работу.

Мама, не откладывая дела в долгий ящик, прямо с рабочего места позвонила в милицию.

– Что украдено? – спросил ее голос в трубке.

– Н-не знаю точно… – растерялась мама. – Тут… дочь прибежала и…

– Мало ли чего ребенку примерещится! Пойдите домой и проверьте, прежде чем органы правопорядка беспокоить.

– Я не ребенок, – обиделась Люська, когда мама передала ей разговор с милицией.

– Ладно, Люсь, он прав. Зинаида – не повод для беспокойства. У нас таких Зинок десятки.

– Но эта – моя любимая! – настаивала Люська, но мама уже не слушала ее. Она отпрашивалась у начальницы на пару часов по семейным обстоятельствам.

Возле дверей квартиры мама остановилась, огляделась и прижалась ухом к щели. Люська тут же прильнула к двери рядом. В квартире было тихо. Мама трясущимися руками вставила ключ в скважину замка и начала его медленно поворачивать, будто опасалась разбудить скрежетом заснувшего ненароком вора.

В квартире по-прежнему мертвецов не было. И все оставалось так, как уже видела Люська: шторы – задернуты, комочек земли – на ковре, Зинаида – отсутствует. Но мама вовсе не была уверена в том, что в квартире никого нет.

– Сядь на диван и не двигайся, – прошептала она Люське.

Люська бочком прошла к дивану. Ноги у нее сами собой подогнулись, она упала прямо на подушку с вышитыми георгинами и, как советовала мама, замерла не двигаясь. Мама же с кошачьей грацией прокралась к окну и резко отдернула штору. За ней никого не было. Тогда она стала обходить комнату по кругу, методично открывая дверцы шкафов, где могла поместиться человеческая фигура.