Предательский поцелуй

– Кто там?

В комнату вошел слуга, обычно присматривавший за входной дверью, и низко поклонился. Он протянул Орландо запечатанное письмо.

– Послание из монастыря Святой Клары. Вы просили, чтобы любые известия оттуда доставлялись вам незамедлительно.

Кивнув, Орландо схватил письмо, сломал печать и поспешно пробежал глазами аккуратные строчки.

Всякий раз, получая письма из монастыря, он испытывал страх. Он боялся узнать, что с маленькой Марией случилось что-то непоправимое, – болезнь, несчастный случай… может быть, даже похищение, если Маттео Строцци узнает о существовании дочери.

Маленькая Мария всегда была в мыслях Орландо.

К счастью, это письмо рассказывало лишь о том, как девочка жила с тех пор, как он видел ее в последний раз. Она занималась музыкой, изучала языки и Закон Божий. Она была резвым, веселым, прелестным ребенком. Совсем такой, как ее мать когда-то.

Орландо задумчиво сложил письмо. Глубокое отчаяние сестры, любовь к негодяю, который не стоил ее, оторвали ее от дочери. Мария Лоренца никогда не услышит смех дочери, не увидит, как малышка бегает по залитому солнцем лугу.

Все оставили ее в тот последний роковой час.

Но только не Орландо.

И потому он не мог позволить себе отвлекаться от поставленной цели, пусть даже на его пути встанет дюжина прекрасных девиц.

Глава 3

Солнце превратилось в темно-золотой, почти янтарный шар, когда Изабелла и Катерина покинули палаццо Строцци. День клонился к вечеру, город возвращался к жизни после долгой сиесты. Лавки снова распахивали свои двери, люди выходили из дома в поисках ужина или развлечений.

Юноши в ярких камзолах по последней моде и беретах с огромными перьями бесцельно слонялись по улицам, разглядывая проходящих мимо женщин. Однако Изабелла заметила, что на Катерину они смотрели, раскрыв рот от изумления. Вероятно, им казалось, что к простым смертным снизошла богиня.

Изабелла напрасно рассматривала прохожих, надеясь увидеть мужчину, спасшего ее от разбойников в уединенном дворике. Она уже начала спрашивать себя, не привиделось ли ей все случившееся.

На Катерине было узкое платье из темно-сапфирового бархата, отделанного белым шелком, рукава перехватывали золотые и серебряные ленты. Она не украсила себя драгоценностями, потому что ни сверкающие бриллианты, ни мягкое мерцание жемчуга не могли соперничать с сиянием ее белоснежной кожи и голубых глаз.

Она одолжила Изабелле платье из шелка цвета бронзы, отделанное алыми лентами и украшенное искусной вышивкой.