Новая Зона. Принцип добровольности

Кажется, процесс швыряния спортинвентаря из окна доставлял твари особое удовольствие.

– Вот ведь… зараза… – прошипел Денис.

– Что?! – всполошились вольные.

– Ничего. Розовый цвет ненавижу сколько себя помню, – ответил Денис. Он вытащил пистолет, но целиться в мутантов не стал. Направил ствол в сторону штанги, утопил курок и откатился в сторону – на всякий случай подальше.

На выстрел твари не среагировали, недаром в ученой среде бытовала теория о поголовной глухоте обитателей Зоны. Пуля чиркнула по металлу, и над штангой образовалось сизое облачко, а в нем самые настоящие молнии: серебристые, золотые, бирюзовые… какого-то оттенка, названия которому Денис не знал.

– Ох ничего ж себе. Не распознал… – прошептал он и громко, дабы дошло и до идиотов, заорал: – GO!

Не то чтобы он знал или любил английский (даже не пытался выучить, хотя Ворон, изъясняющийся на нем свободно, предлагал свои услуги в качестве репетитора), но некоторые слова звучали так, словно специально создавались для Зоны.

Вольные встрепенулись, даже на месте подпрыгнули и действительно показали очень неплохое время. Притормозили, только проходя мимо поглощенных зрелищем мутантов.

– Ходу! – прикрикнул на них Денис. – Ждете, пока очнутся?

Научники не подвели и вольных сначала обсмеяли, а затем и повязали: самыми обычными веревками, которые каждый носил в стандартном комплекте в рюкзаке (места те много не занимали, а вещью являлись полезной и спасшей не один десяток жизней).

– Чтоб и мысли сбежать не появилось, – сказал Верин, проверяя узел.

– Я самоубийца, по-вашему? – уточнил «гавайец», но ответ Денис уже не слушал. Ему еще предстояло выбраться самому.

Сердяки смотрели на представление неотрывно, вывалив языки и разве лишь не похрюкивая от удовольствия. Денис давно убедился, что уйти от них можно, только откупившись каким-нибудь шоу, даже шутиху с собой таскал на всякий случай. Однако зачем фейерверк, если в Зоне свой имеется? Денис в жизни подобной аномалии не видел, а ее проявление при взаимодействии с металлом предположил, но это уже не имело никакого значения.

Последнего сердяка «цветомузыка» не зацепила, а вот сам Денис очень заинтересовал.