За поворотом… поворот

– Нет, ребята, спасибо, но я никуда не поеду. Здесь я дома, здесь моя Таня, здесь мои книги.

– Что случится с твоими книгами? Какие будут нужны, привезём.

– Да при чём тут книги? Мне не долго осталось и я хочу умереть в своей постели.

– Ну, пап?!

– Пашка, ты вроде взрослый мужик, а понять не хочешь.

– Потому что мы не можем ездить к тебе каждый день, пойми.

– Так и не надо. Я вроде бы жив пока и умирать не собираюсь. Лёшка, очень прошу, когда меня не будет, книги не выбрасывай. Обещаешь? Наташке они не нужны, а ты береги.

Я всю жизнь их собирал.

– Пап, сейчас всё можно прочитать в компьютере.

– Вот поэтому я и прошу об этом не тебя, а внука. Что ваш компьютер, экран и всё. А книга она как человек, с ней общаться можно. Пусть это мой старческий маразм, пусть.

Через три года, когда дед ушёл вслед за бабушкой квартира вместе с книгами осталась мне по завещанию. Так решил мой героический дед Игнат Павлович Стародубцев. Моего отца назвали Павлом в честь его деда. Поэтому отец Павел Игнатьевич, а вот меня назвали Алексеем и традицию я не продолжил.

Опять же так захотел дед, назвать меня в честь своего боевого друга, с которым он прошёл всю войну вместе, но тот рано ушёл из жизни, хотя до последнего приезжал к деду в гости.

В квартиру я приезжаю, а вот оставаться ночевать пока не могу. Не потому что боюсь, совсем нет. Бояться там нечего. Я сильно любил и бабушку и деда и никак не могу поверить, что их нет и больше никогда не будет. Прошло столько лет, можно начинать самостоятельную жизнь в своём жилье, но пока такого желания нет.

Может когда надумаю женится, тогда и перееду. Но сейчас в моём сердце Лена, а она не моя.

Раз моя фамилия Стародубцев, то мои друзья зовут меня» старик», потому что они считают, что я слишком умный. А когда злятся, то зовут» дуб», потому что очень упёртый. Я не обижаюсь.

Лена у нас Машковцева, так мы чаще её называем Машкой. У Кирилла фамилия Гертнер немецкая древняя. Он говорит, что его предки прехали в Россию ещё при Петре Первом.

Может и так, мы не вдавались в подробности. Раз фамилия немецкая, то мы иногда зовём его фрицем за вредность. Он у нас вспыльчивый, поэтому лишний раз стараемся его не задевать.

Отец пошёл по стопам деда и всю жизнь работает в метро, но не электриком, а машинистом, как и его отец когда то. Моя мама и старшая моя сестра Наташка трудятся в медицине. Наташка работает помощником хирурга и гордится этим. Она давно замужем за хорошим человеком и очень счастлива.