Гаудеамус игитур

Именно сейчас, когда она суетливо перебирала вещи в шкафах, отбирая в чем поедет и что взять с собой – город словно швырнул ей в лицо свою перчатку, предупреждая о будущем контрасте: зарядил мелкий и нудный дождь, а заведующий кафедры долго не хотел её никуда отпускать.

Когда-то Университет был всем. Целью, способом жизни, центром мира. Её маленького мира. И писать статьи и заниматься наукой – хотя пойди и объясни обычному человеку, что философия – это наука, – засмеют тут же, – казалось важным. Вернее, это было даже не совсем правильное слово – всё это просто приносило огромное удовольствие.

И Вера никогда не задумывалась – почему так. Она просто шла вперед.

Поэтому последний разговор с Лией вчера – её обескуражил и выбил почву из-под ног.

– Почему ты не осталась тогда в аспирантуре? – спросила она Лию. – У тебя бы всё получилось, я уверена. Ты же вроде написала диплом за неделю.

– О да. Я даже помню, приблизительно, о чем он был. Что-то про соотношение символов и обозначаемого ими незримого мира через призму музыки.

– А ты не могла бы его найти? Мне могут пригодиться твои идеи. – Вера подумала, что будет вполне интересно дополнить диссертацию чем-то новеньким, хотя основной скелет работы уже итак прорисовался.

– Я вряд ли сейчас найду эту работу, но можно попробовать. А аспирантуру я бросила потому, что однажды стояла в библиотеке и перебирала авторефераты. Знаешь ведь – это такие маленькие книжки, где вся диссертация изложена двумя словами на трех страницах. И у меня в руках их было невероятное множество.

И еще сто раз по столько же – стояло на полках. Я перекидывала их из одной стопки в другую, чтобы найти тот, который мне нужен, думая – «Господи, сколько же макулатуры написано! И кому это все надо!» И вдруг меня просто хлестанула мысль: «А ведь когда-нибудь кто-то также перекинет мой автореферат и назовет его макулатурой».

Вряд ли Вера когда- нибудь задумывалась о том, что это может быть никому не нужно. Ей просто нравилось – вот и всё. Нравились научные диспуты, логические этажи доказательств, системы аргументов, стройные теории о происхождении мира.

Их было много, но каждая – по – своему величественна и интересна. Она не искала там себя, как Лия. Может поэтому и разочарований у нее не было.

– Я вообще ушла с факультета с чувством, что я многое потеряла, – продолжила Лия. – Знаешь – она наклонилась чуть ближе к монитору ноутбука – у меня в юности было совсем другое ощущение от мира. Я тебе потом расскажу – какое.