Если Господь призовёт тебя…

Молодая, эмоциональная, но главное, знающая и умеющая увлечь своим примером, она влюбила нас в Пушкина и Лермонтова, Грибоедова и Гоголя; мы с жаром устраивали на уроках суды над литературными героями (форма, как она по секрету сказала нам, уже устаревшая, но дающая пищу для размышлений), писали нестандартные сочинения, инсценировали «Ревизора», «Недоросля» и «Горе от ума», к слову сказать, Дрон был прекрасным Чацким, да и вообще… Почувствовали вкус к литературному слогу…

– Мне кажется, ей наплевать, – тихо сказала я.

– На что?

– На свой предмет, на нас, на всё… Ей же ничего не надо! Каждый урок у нас одно и то же: бубнит лекцию, потом вопросы, потом доклады и сочинение! Хоть что-нибудь интересное бы придумала!

– Линка сердится, потому что её сочинения теперь не самые лучшие в классе! – это сказал Артём Козинец, невысокий крепыш и мой вечный сосед сзади.

Его суждения всегда выделялись основательность и продуманностью.

– И вовсе не поэтому! – возразила я.

Действительно, Юлия Александровна всегда приводила в пример мои сочинения как одни из самых лучших, а Удава говорила, что они «слишком эмоциональные», дескать, надо меньше чувств, больше анализа.

– Ты замечаешь, что мы спим на её уроках? – я села вполоборота, чтобы видеть и Тёмку и Ксюшу с Маринкой. – Спим! Дрон делает физику, Илюшка – вон газету читает!

Услышав своё имя, Илья Савалёв поднял голубые глаза и почесал затылок: читал он журнал «Футбол», до которого был великий охотник.

– Аня маникюр делает, а полкласса на телефонах играют! – в запале продолжила я.

– Неправда, я в нете сижу! – подал голос Саша Крупин, самый красивый мальчик в нашем классе, славившийся пристрастием к интернету и вылезавший туда каждый удобный и неудобный момент. Из-за этого он оккупировал на вечное жительство последнюю парту среднего ряда.

– Я имею в виду в общем, – пояснила я. – А ей же всё равно! Бубнит и бубнит себе под нос… Нет, с ней мы литературу знать не будем!

– А кому она больно-то нужна, литература? – пожал плечами Саша.

– Да дело не в этом! – отмахнулась я. – Поступать, не поступать… Дело принципа! Зачем работать в школе, если тебе наплевать на детей!

– Ну, не всем же быть гениями, кто-то просто работает, – возразила Ксюша.

– Ну, и пускай идёт просто работать с бумажками, а не с людьми, – мне не хотелось спорить, но и сдаваться – тоже.