Если Господь призовёт тебя…

– А почему нельзя взять известное произведение? – спросила я.

– Нельзя, – с сожалением ответил он. – Пьеска должна быть небольшая, компактная, на час максимум и желательно смешная. Не забудь: старички, как дети, быстро утомляются.

– Можно взять фрагмент…

– Не думаю, что это хорошая мысль.

– Ладно. А почему Елена Викторовна не займётся этим? Она всё-таки завуч…

– На ней концерт, на мне – пьеса.

– Понятно.

Так, за разговорами, мы незаметно дошли до моего дома.

– Вот мы и пришли, – сказала я, остановившись у своего подъезда и протягивая руку за сумкой.

– Ничего себе домик, – вежливо сказал Дима, окинув взглядом подъезд.

А что он мог ещё сказать? Мы с мамой жили в хрущобе, на четвёртом этаже, старые окна, старые двери, старые лестницы, кирпичи, покрытые мхом, поломанные скамейки… Хвастать нечем. Мы немного постояли, потом я набрала в грудь воздуху и решилась:

– Может, зайдёшь выпить чаю?

– Нет, не могу, матушка ждёт. Каждую субботу я хожу с ней гулять.

– А что с твоим отцом? – тихо спросила я.

– Погиб при выполнении задания. Поэтому мы и вернулись сюда. Ну, что? До завтра?

– До завтра.

Димка повернулся и пошёл, не оглянувшись ни разу, а я смотрела ему вслед, и сердце моё пело: он проводил меня до дому, пригласил в кино! Это настоящее свидание!

Я поднялась на четвёртый этаж и нажала кнопку звонка. Как я и думала, мама открыла дверь, из кухни неслись волны вкусного запаха, но у меня совершенно не было аппетита.

– Вымой руки и иди обедать!– велела она.

– Мам, я не хочу: в школе пообедала, – соврала я, проскользнула в свою комнату, швырнула сумку под стол и с размаху прыгнула на кровать, заскрипевшую под тяжестью моего тела. Я лежала, прижав к груди розового зайца Каплю, и улыбалась сама себе. Как он мило зовёт свою маму: матушка! И отца у него тоже нет, как у меня, правда, его отец погиб, а мой…

– Глаза сияют, волосы растрёпанные… – мама тихо приоткрыла дверь.

– Да, матушка, – попыталась я последовать Димкиному примеру.

Мама изумлённо вытаращила глаза:

– Что?!

– Да, мам, сейчас приду! – пришлось исправиться. – Только переоденусь!

– Я жду.

Мама закрыла дверь, а я ещё немного полежала, обнимаясь с Каплей, потом поднялась, скинула немудрёную одёжку и надела шорты с футболкой.