Моя (чужая) невеста

Вытерла волосы, затем, стянув платье, и всё тело, переоделась в сухое. Забралась на кровать, кутаясь в одеяло, и провалилась в накрывший её мягкой лапой сон.

Ей снился заснеженный лес, через который она не так давно проезжала на санях. Дул пронизывающий ветер, гладил по распущенным волосам, забирался под тонкое платье. Никакой накидки на ней не было, и холод пробирал даже во сне. Мелли обнимала себя за плечи в попытках сберечь хоть капельку тепла, но суровая природа оказалась сильнее. И та явно невзлюбила прибывшую из теплых краёв девушку, решив извести её, поставив в условия, в которых невозможно выжить.

Мелисса почти сдалась, когда вдруг ощутила, что что-то изменилось. Из-за туч на низком зимнем небе выглянуло солнце, щедро заливая всю округу жаркими лучами. Снег стремительно начал таять. Голые деревья покрылись листвой, а затем и нежно-розовыми цветами. Окружающий её лес больше не выглядел тёмным, неуютным и страшным.

Выскользнув из сна, Мелли не сразу осознала, что с ней происходит. Не могла даже сказать, сколько прошло времени с того мгновения, как она заснула.

Вскрикнув, Мелисса отстранилась, готовая бежать за помощью, но её тут же снова притянули к себе. Подавив новый возглас, она узнала мужчину. Арнульв!

– Что ты здесь делаешь? – выпалила она. Запоздало осознала, что обратилась к нему иначе, чем обычно, но сейчас было не до церемоний.

– Я пришёл извиниться, – пробормотал он, зарываясь пальцами в её волосы. – Но ты спала и никак не желала просыпаться. Только твердила во сне, что тебе холодно. Должно быть, после купальни ты сильно замёрзла. Я решил согреть.

– Но почему таким образом?!

– А как ещё?

Мелли возмущённо фыркнула, а затем до неё дошёл смысл первой услышанной от него фразы.

– Так, значит, ты пришёл извиниться за то, что подглядывал за мной в купальне?

– Ну да, – отозвался он, всё ещё находясь до неприличия близко.

– Но ведь за Руни ты не подглядываешь! Потому, что боишься гнева её отца! А мой отец далеко и не может за меня заступиться!

– Будь на твоём месте Руни, она сначала попыталась бы утопить меня в бассейне и лишь затем бы оделась.

– Я уже говорила, что я – не одна из ваших!

– Но можешь ею стать, – заметил он. Сердце вдруг забилось быстрее.