Не смотри назад

Странно, что они с Али вообще подружились, ведь сложно представить более разные условия, чем те, в которых росли однокурсницы.

После академии юная альда Лаберд ездила на балы и званые ужины, на которых ей подыскивали жениха, что удалось не сразу, поскольку запросы у её родителей, как и следовало ожидать, оказались завышенными. Но в этом году наконец-то назначили свадьбу. Та должна была состояться именно тогда, когда Али находилась в лечебнице.

Вечером накануне того дня, когда их с Фримом отправили на злополучное задание, Шивона внезапно навестила подругу по академии в её скромном доме и попросила об услуге.

– Ты дала ей сильное успокоительное, – обличающим тоном проговорил альд Кирхилд, глядя Алите прямо в глаза.

– Из-за того, что она сказала, будто очень волнуется перед свадьбой, а семейный лекарь не даёт рецепта. Я предупредила, что превышать дозу нежелательно, – отозвалась Али. Перед мысленным взором встал облик Шивоны в тот вечер. Бледное лицо, заплаканные глаза, сжатые руки – с такой силой, что побелели костяшки пальцев.

На счастливую невесту та ничуть не походила, и это заставляло подозревать, что решение о браке могло быть принято против воли невесты. Подобное порой случалось. – Только не говорите, что она вздумала покончить с собой! – с неожиданно осенившей её страшной догадкой добавила Алита.

– Оно предназначалось не ей, а её жениху. Твоя подруга подлила ему жидкость в вино перед их первой брачной ночью. А затем вылезла в окно по плющу и сбежала с любовником, предварительно захватив самое ценное из своего приданого.

– Но… – ошеломлённо выдохнула Али. – Я ведь ничего не знала! Шивона сказала, что выпьет сама…

– Поскольку свидетелей у вашего разговора не имелось, ты вполне можешь считаться соучастницей, – развёл руками альд Кирхилд. – На ваше счастье, он жив. Разве что проспал больше суток. И где гарантия, что ты впервые согласилась выдать кому-то самодельное снадобье, на которое не предъявили рецепта? Чем сможешь доказать, что не промышляла этим в качестве подработки?

– Шивона знала, что у меня хорошо получались снадобья! Лучше всех в нашей группе! Но я всегда делала их только для себя! Это был единственный раз, когда… – Алита подняла глаза на начальника.

Тот постукивал пожелтевшими от табака пальцами по столешнице. – Чего вы от меня хотите?

Начальник молчал, будто обдумывал что-то. Пауза грозила затянуться.