Дракон и чаровница

В украшенном затейливой вышивкой белом платье, подол которого почти касался пола, с уложенными в высокую причёску волосами, с лучшими драгоценностями, оставленными ей в наследство от матери и бабушки.

Она нарядилась так, потому что хотела кому-то понравиться? Или просто из тщеславия? Ведь в здешних глухих краях ей нечасто выпадала возможность показаться перед кем-то, способным оценить её привлекательность, дороговизну украшений, изысканность платьев.

– Гости ждут! – повторила сестра. – Ну же! Ты должен к ним выйти!

– Хорошо, – отозвался Дорин, и лицо собеседницы озарилось улыбкой.

Ему нравилось её радовать. В конце концов, пока он её единственный близкий родственник и опекун, больше некому выполнять её капризы. А страданий Денизе хватило. Когда-то ему казалось, что она не перенесёт потерю родителей, просто истает, как свечка, от снедающей её тоски. Прежде они не были особенно близки, но тогда всё изменилось, и с тех пор брат и сестра поддерживали друг друга. Ведь теперь оба знали, что даже драконья кровь не всегда позволяет прожить долгую жизнь.

В большой зал они вошли вместе. Лэйрд поддерживал Денизу под руку, а та расточала улыбки, как настоящая светская дама. Однажды она пыталась уговорить брата переселиться в большой город, Дорин отказался. Сестра, казалось бы, смирилась с его решением, но в душе ей наверняка по-прежнему хотелось блистать на балах, затмевая собой человеческих девушек.

Одну он её отпустить тоже не пожелал. Если бы с мужем, тогда другое дело. Однако достойного супруга ещё нужно найти, а Денизе пока никто не приглянулся.

– Ну надо же, а я думала, хозяин так и не объявится! – раздался насмешливый голос. Очень знакомый. И зачем только сестра позвала этого типа?

Мариус Бэйрд, Ледяной дракон, стоял у окна, лениво потягивая белое вино. В мерцающем бликами свете множества свечей его волосы отливали серебром, и такими же холодными казались глаза мужчины. Говорить с ним не хотелось, однако законы гостеприимства требовали вежливости, и Лэйрд ответил ему кивком, а затем отвёл взгляд, приветствуя остальных приглашённых.

Будучи Огненным драконом, Дорин по сути своей являлся полной противоположностью Мариуса. С самой первой встречи, ещё детьми, когда все вокруг говорили, что они могут стать друзьями, эти двое не доверяли друг другу. Между ними никогда не было открытой вражды, но что-то другое, какое-то напряжение, противостояние, соперничество, пока не явное, а скрытое, но очевидное каждому, кто наблюдал их вблизи.