Заоблачность. Легенда о долине Вельдогенериуса

Он завел ее у себя в хижине, чтобы в любое время дня и ночи иметь рядом с собой благодарного слушателя, но вышло так, что выбор его был неудачным. Капля большую часть времени мирно посапывала на уютной шелковой подушке, расшитой серебряными узорами. Подушка была единственным предметом, выделявшимся своей изысканностью в его хижине.

Маг Нирас подошел к вешалке, снял плащ с крючка и накинул его на свои плечи. Засунув руку в карман, он долго что-то искал в его недрах и наконец извлек старую запылившуюся книгу.

– Легенда долины Вельдогенериуса! – прочел он заголовок, написанный странными знаками, понятными только ему. – Так, так! – двигая по строкам костлявым пальцем, шептал он. – Ага! Вот оно, древнее пророчество! – он наизусть знал каждое слово, написанное на этой странице, но странное дело, на его глазах древний текст медленно растворился на поверхности листа, а на его месте появились новые символы, и Маг Нирас почувствовал, как холодеют его ладони.

– И выйдет зло через уста младенца, и перестанет мир быть прежним. Звезды сойдут с ума, и только один прочтет это знамение, и только в его силах будет остановить силы тьмы, – дрожащим голосом прочитал он и заплакал. Он плакал бесшумно, роняя слезы на желтые страницы, и его плечи тряслись, как от озноба. – Этого не может быть! – Маг Нирас смотрел перед собой невидящим взглядом, а спустя несколько минут он закрыл книгу и положил ее обратно в глубину бездонного кармана.

– Я нарушил привычное течение жизни! Я изменил пророчество! И я должен все исправить! – Маг Нирас обернулся, бросив взгляд на мирно спящую каплю, провел рукой по заросшей мхом стене и хлопнул три раза в ладони. Капля проснулась от резкого звука, а перед Магом Нирасом разверзлась стена, ослепив обоих пронзительным белым светом, льющимся из разлома в стене.

?

Хранитель Шеду сидел на самой верхней террасе дворца. Он, как истинный ценитель всего прекрасного, наблюдал за падающими звездами, которые в эту ночь срывались с кромки неба одна за другой. Погрузившись в свои мысли, созерцая красоту ночного неба, он пропустил мимо ушей крики Армариуса и не замечал переполоха в стадах капелек и снежинок, пасущихся на лужайках недалеко от дворца.