Кто убил Ангелину В?

Фарцовщик Козлов, тридцатилетний преуспевающий спекулянт, отправился вербовать потенциальных покупателей в курилку. Разбуженная Степановой Мария Ивановна торопливо довязывала внуку свитер. Губы старушки шевелились, отсчитывая на сложном узоре петли. Спицы так и мелькали в её умелых руках.

Заседание технического совета затянулось, и в отделе до вечера царили бы лень и скука, если бы сонное царство не переполошила примчавшаяся из профкома Ангелина.

Она ворвалась в отдел, как влетает в окно порыв весеннего ветра, громко хлопнула дверью и огорошила сногсшибательной новостью коллег.

– Друзья, вы тут сидите, ни о чём не подозреваете, а в отделе электроники разыгрывают талоны на зимние сапоги.

От звонкого голоса всеобщей любимицы, долетевшего до кадки с фикусом, увлёкшаяся вязанием Мария Ивановна подпрыгнула. Свитер упал с её колен, а разноцветные клубки раскатились по полу.

– Тамара Михайловна, простите, я больше не буду, – залепетала сконфузившаяся женщина и под дружный хохот сотрудников принялась ползать на четвереньках, собирая закатившуюся за кадку шерсть.

– Это что ещё за дискриминация? Почему отдел электроники имеет всякие преимущества? Почему программистам не дали талоны на сапоги? – раздувала скандал взбалмошная девица.

– Значит, обуви на всех не хватило, – замороженным голосом произнесла Тамара.

Не могла же она признаться, что коробкой дефицитных, югославских сапог начальник отдела Соколов задобрил зубного врача.

– Почему программистов унижают? Где наши сапоги? – загалдели наперебой сотрудники.

– А в отдел комплектации говядину из подсобного хозяйства привезли, – сглотнул слюну высокий и тощий, как жердь, Алексей.

– А в отделе электронных плат в прошлом месяце талоны на копченое сало давали, – оправилась от конфуза Мария Ивановна.

– Я сало не хочу. Мне нужны сапоги, – твёрдым голосом сообщила Вера.

– Немедленно займитесь работой, – прикрикнула на коллег терявшая самообладание Тамара, но на её призывы никто не обратил никакого внимания.

Взбудоражив народ, довольная собой Ангелина устроилась рядом с Антоном. Молодой человек даже зажмурился, не веря собственному счастью. Но поговорить им не удалось. Скрипя мокасинами, в отдел вернулся любимец женщин Козлов. Его васильковые глаза сверкали ярче заклёпок на дефицитных варёных джинсах.