Повелитель

Горохов нигде подолгу не работал, денег у него никогда не было, зато он посвящал своей возлюбленной поэмы и мог часами водить по городу, рассказывая байки о классиках, с которыми когда-то выпивал в ресторане ЦДЛа, или ведя пространные философские беседы ни о чем. Он был похож на завсегдатая опиумного салона времен Серебряного века. Худой, бледный, с растрепанными волосами и воспаленными глазами, как он говорил, от бессонницы. К тому же Макс отличался чрезмерной ревностью, часто закатывал сцены, грозил самоубийством и вытворял прочее в том же духе.

Возраста он был неопределенно-среднего. Пил Горохов, разумеется, без меры. Ася жалела его, подкармливала, давала денег, а когда подруги советовали ей расстаться, обижалась и грустила. Она верила, что Макс – гений, стоит чуть-чуть подождать, и на него обрушатся слава, богатство и успех, а она останется в веках как спутница величайшего поэта современности.

– Этот человек грозился меня убить! – рыдала Ася. – Я больше не хочу его видеть!

– Он что, тебя ударил? – ахнула Марина.

– Да кому эта дура нужна? – злобно взвизгнул Макс и тут же запричитал совсем другим голосом: – О, родная, прости! Ты же знаешь, что я это от любви! Ты же знаешь, как я тебя люблю, никто не будет тебя любить так, как я! Ну котеночек, прости меня! Хочешь, я на колени встану? – с этими словами Макс бухнулся на колени, театрально протягивая руки в сторону Аси. – Я же не смогу без тебя жить…

Надя подумала, что все это похоже на какое-то итальянское кино. Непонятно было одно – почему Ася продолжает ему верить.

А та тем временем, перестав плакать, но еще всхлипывая, подошла к Максу и они, обнявшись, побрели к выходу.

– Это все кончится поножовщиной, – проворчала Марина. – Ну что, пойдем? А где Толя?

– Видимо, пошел записывать сюжет, – ехидно ответила Надя. – Ты не заметила, что его как ветром сдуло?

– Я Асю утешала.

– А Ася сама хороша! Чего она с ним возится?

– Ну, сердцу не прикажешь. Ладно, сигарету, и пойдем, а то без нас все выпьют, – сказала Марина.

Во дворике было совсем тихо, по темному небу бежали редкие светлые облака, безветренный мартовский воздух уходил прямо в небо над Литинститутом.

– Курите? – спросил вышедший на крыльцо Андрей Мстиславович.

– Курим. У нас стресс. Хотите? – предложила Надя.

– Нет, я бросил. А почему стресс?

Пока они шли к воротам Надя вкратце рассказала мастеру историю Аси и Макса. Поднимаясь по Бронной, они прошли мимо милицейской машины.

– Смотрите! – воскликнула Надя.