Мерцание зеркал старинных. Глаза судьбы

Может быть, ты хочешь завтра пойти на конюшню, поздороваться со своими лошадьми? Сколько ты их не видела?! Глядишь, и полететь куда надумаешь, птичка моя…

От этих слов я подпрыгнула и захлопала в ладоши:

– Конечно, я хочу, папа, завтра же. А сейчас твоя птичка должна пойти почистить перышки, ты посмотри, как ужасно я выгляжу, мне и подружки на это указали. А я, папа, должна всегда выглядеть лучше их всех вместе взятых и вернуться на свое законное место в нашей компании – самой красивой, самой умной, самой радостной и самой приветливой.

С этими словами я чмокнула отца в щеку, взвизгнула и побежала в спальню приводить себя в порядок. Отец тоже хлопнул в ладоши, обрадовавшись как ребенок.

– Лети! Лети, моя бабочка! Лети, мое солнышко, как же я рад! Господи, спасибо тебе, что дал мне возможность еще раз увидеть свое дитя обретшим радость. Я вырастил ее как родную и так люблю… Как же сильно я желаю ей счастья! Спасибо тебе, Господи, что вернул мне мою доченьку.

До меня долетели его слова, и я заулыбалась еще сильнее.

Заменили почти всё: дубовая кровать хоть и напоминала прежнюю, но ее изголовье было обито дорогой тканью, гродетуром, той же, что и на балдахине, прикрепленном к потолку и спадающем по резным колоннам. Дополнением к тканевой отделке служили позументы – тесьма, кисти и бахрома с золотой нитью. Окна и дверные проемы были задрапированы тремя парами занавесей, сверху ниспадали ламбрекены.

Гобеленовые обои прекрасно гармонировали со всей обстановкой. На каждой стене висела пара золоченых подсвечников, а на туалетном столике стоял изящный канделябр на десять свечей: при необходимости покои можно было ярко осветить.

Рабочий стол остался прежний, дубовый, со множеством выдвижных ящичков для письменных принадлежностей. Круглый столик на изящных позолоченных ножках (для утреннего кофе и послеобеденного чая, а главное – для вечернего молока с печеньем) тоже был мне давно знаком.

Появилось кое-что новое: кресло-оттоманка для дневного отдыха, стул и ширма, оформленные той же тканью, из которой сшит балдахин. Огромное зеркало во всю стену – в красивой золоченой раме. Изящный комод, туалетный столик и гардероб украшали тонкая резьба и позолота. На туалете стояли привычные флаконы духов, баночки с кремами и пудреницы, лежала моя любимая пуховка.

В гардеробе были заботливо развешены платья, я заметила среди них три новых.